Ведома зверюшка

Он тяжело и мучительно вздыхает, но взлетевший было пульс потихоньку устаканивается, однако выть пациент не перестаёт.

— Я смертельно ра-анен, — провозглашает он, когда мы ввозим его в палату. — Я сейчас умру-у-у. Мне нужен духовник, срочно, мне очень нужно поговорить с духовником… С дух… ком… А то умру… но сказать… важно…

Слова его становятся всё неразборчивей и неразборчивей, и наконец закачанные препараты оказывают своё правильное действие, и пациент засыпает.

— Запишем, — я щёлкаю клавишами, заводя на него карточку в базе, — повышенная сопротивляемость к…

— Лиза, ты заработалась! — восклицает Азамат, которого я даже не заметила в дальнем углу палаты, где восстанавливается после операции Рубчий.

— Да вот, как видишь. Привезла какое-то чучело, а пациентку у меня Янка уволокла.

— Да, я слышал, — кивает Азамат. — Там что-то серьёзное, как я понял. Весь персонал в ту палату угнали, я вот решил тут подзадержаться, чтобы Исара одного не оставлять.

— Ну вот, будет вам компания, — ухмыляюсь я.

— У меня тут соседей перебывало за полмесяца, — замечает сам Исар, уже привыкший к моей манере общения. — Иной раз не знаешь, куда деваться. Долго мне ещё ошиваться тут?

Я напрягаю память, припоминая результаты последнего осмотра.

— Я же вам вчера всё сказала: завтра утром снимем повязку, пару дней ещё понаблюдаетесь и, если всё хорошо, можно будет ехать домой, только тяжести не поднимать пока.

Исар бормочет что-то насчёт потерянного времени и несовместимых с жизнью рекомендаций, но Азамат покровительственно похлопывает его по руке.

— Ты мне обещал Лизу слушаться.

— Так я слушаюсь, — тяжело вздыхает Исар. — Я ж понимаю, если хороший специалист, то надо делать, как скажут. Просто не знаю, дальше-то что, все сроки сорвал… А ещё и делать ничего нельзя будет.

— Нельзя будет только тяжести поднимать и читать при искусственном освещении, — напоминаю я в энный раз.

Рубчий оставляет мой комментарий без ответа, а вместо этого вздыхает:

— Эх, Байч-Харах, Байч-Харах… Повезло тебе с женой.

— Без сомнения, — улыбается муж. — Правда, я не совсем понимаю, что навело тебя на эту мысль именно сейчас.

— Да так… Делом занята, сама себя развлекает. Не то что моя покойница.

Я бросаю на Азамата вопросительный взгляд, и он кивает: видимо, для него не новость, что Исар вдовец.