Ведома зверюшка

А где приложение со списком? Мало ли кому что непреодолимо… В обязательствах сторон воды налито больше, чем смысла. Это же документ! Если по нему претензию в суд подать, это будет стычка законников, кто интереснее интерпретирует…

Я чешу в затылке. Договора на лечение у нас составляют законники, я только одобряю. Но я в муданжском канцелярите до сих пор плаваю, а нагружать мужа ещё и этим как-то не хочется. Я начинаю прикидывать, как можно улучшить текст договора так, чтобы Чача побыстрее всё подписал и был свободен, а то у меня тоже время небесконечное, но тут он решительно откладывает документ и отодвигает от себя.

— Нет, я не буду это подписывать, лучше сразу всю сумму оплачу, это только нервы себе трепать весь срок рассрочки.

— А у тебя есть такая возможность? — уточняю. Сумма там не то чтобы неподъёмная, но откуда мне знать, как у Чачи с деньгами.

— Есть, — снова морщится он, — только не знаю, когда новую работу найду, а с пустым кошелём до неизвестно когда жить — это по ночам не спать.

Тем более ещё поддерживающую терапию оплачивать…

— Новая работа тебя уже ждёт, — тут же вставляю я. — Уут-хон написал на тебя рекомендательное письмо, и оно очень заинтересовало Ахмад-хона. Так что давай решай свои дела здесь, и я тебя к нему провожу.

Чача раскрывает круглые совиные глаза и принимается нервно поглаживать большими пальцами ногти остальных.

— Это большая ответственность, — неуверенно произносит он.

— Бить не будем, — обещаю я. — Договор можешь сам написать.

— Я и так всегда сам пишу, — фыркает он.

— Да только где те договора потом оказываются… За последние два года один Уут-хон мне и выплатил неустойку.

— Ты думаешь, Император тебе неустойки пожалеет? — приподнимаю бровь. — За тем, насколько он соблюдает собственные законы, вся планета следит, знаешь ли.

Чача пару раз дёргано кивает, молча встаёт и отправляется на кассу.

Азамат ждёт нас в кабинете и только что руки не потирает. Он уже с вечера составил список задач и обязанностей, который намерен повесить на нового работника.

Даже ночью два раза подрывался, чтобы туда что-то добавить.

Я завожу Чачу внутрь, быстренько представляю мужиков друг другу и намерена уже сделать ноги, пока на меня из уст супруга не сошла лавина государственных дел, но тут я понимаю, что Чача на представление вообще не реагирует, вместо этого уставившись негодующим взглядом на Азаматов стол. Тот самый, инкрустированный.

— А где моё рабочее место? — спрашивает он вместо здрасьте.