Беги, а то заколдую!

— Горни, — уговаривал он, — остановись! Сейчас придет магистр, и нас обоих выгонят со службы!

— Ну и пусть, — пыхтела гномка, раскручивая в руке огненный шар, — зато я больше не увижу твоей слащавой физиономии!

— Наши семьи будут опозорены!

— А ты думал об этом, когда оставлял меня в лозе?

Столкнулись два воздушных кулака, рухнула люстра.

— А ты — когда ставила ловушку на русалку?

— Это была превентивная мера! — крикнула Эби, отбиваясь. — Я знала, что ты захочешь меня остановить! Разве не ты, чтобы стать первым, поставил мне подножку, когда я сдавала полосу препятствий на экзамене на пятом курсе?

— Это была случайность, — высокомерно огрызнулся Натаниэль.

— Сейчас же я подозревал, что ты ночью подстроишь гадость — разве не ты подменила мое распределение во дворец? Я полгода отпахал в деревне Гнилые топи, пока Корнелиус не разобрался!

— Не я, а отец без моего ведома, — зашипела Эбигейл. — В любом случае я была лучшей на курсе! Я сидела и училась, пока ты гулял и пил!

— А ты завидуешь, что я талантливее и мне все давалось легко? И не нужно было высиживать знания задницей, как тебе?

— Это называется усердие! — фыркнула Эби.

— И поэтому я должна быть тут единственной помощницей! Но один Белоручка поплакался папочке, и впервые за сотни лет во дворец распределили двух выпускников!

— Ты прекрасно знаешь, что это не так, — ледяным тоном отозвался Натаниэль, уворачиваясь от удара. — Я был вторым на курсе после тебя, и только из-за непереносимости некромагии. У нас разница в одну десятую балла.

Папа тут ни при чем. И не называй меня Белоручкой, Шестеренка.

— Ты назвал меня землеройкой на первом курсе!

— Я был пьян, а ты порвала мне штаны.

— Потому что вы достали залезать по моему окну к своим пассиям!

— О, Пряха! Все Горни — мнительные и психованные.

— Все Вудхаусы — подлые негодяи!

Глава 3

Глава 3. О том, что за соперничество нужно платить

«Весь магический мир замер в ожидании перемен. Стабильность и мощь,

олицетворением которых является мэтр Корнелиус Фрай, уходит в прошлое.

На смену им приходят хаос и разрушения. Имена их, увы, всем хорошо известны».

Из передовицы газеты «Магическая правда».

Вудхаус покосился куда-то и замолчал. И Эби, развернувшись, замолчала тоже, комкая в руках шипящий огненный шар.

А затем склонилась в поклоне рядом с противником.

В наступившей тишине осыпалась штукатурка и особенно громко был слышен скрип пера секретаря по бумаге. Она голову так и не подняла.