Беги, а то заколдую!

Нат дождался, пока в доме у гномки загорится свет и, поколебавшись, все же направился к ней и постучал в дом.

В отличие от задиристых гномов эльфы всегда умели заключать временные союзы при жизненной необходимости. Правда, потом они договоры с легкостью рвали, но это дело десятое.

— Как будем добираться до Долины Пегасов? — почти мирно спросил Натаниэль, когда соседка после долгой паузы распахнула дверь.

Долина Пегасов находилась в Самоцветных горах на северо-восточном краю страны, и железная дорога была проложена только до предгорий — оттуда же еще с неделю нужно было идти пешком.

В гостиной эльф заметил маленький рюкзак-невесомку, вокруг которого были разбросаны куча вещей, припасов и снаряжения. В рюкзак помещалось вдесятеро больше его размера, а вес оставался на уровне пары килограммов.

Эбигейл Горни насупилась, будто уже собиралась дать гостю в морду, но тут у дороги зашуршали кусты, сверкнула вспышка.

— Сейчас вмажет, — донеслось до них сдавленное, — снимай быстрее! Завтра будет репортаж!

Эби разжала кулак, сладко улыбнулась и протянула руку, которую Натаниэль с усмешкой пожал.

Им обоим нельзя было гневить королеву.

— Не знаю, как будешь добираться ты, — продолжила улыбаться Эби, сжимая его ладонь в мощном захвате, — а мой маршрут тебя не касается.

— Я сейчас либо проткну тебе ладонь ногтями, либо заору, Шестеренка, — предупредил Вудхаус с нежностью. — Хочешь порадовать прессу и королеву?

Кусты возбужденно шуршали.

Снова сверкнула вспышка.

Эбигейл улыбнулась еще шире и втянула Вудхауса в дом. Захлопнула дверь и с силой толкнула эльфа в грудь, впечатав его в створку.

— Это было подло, Вудхаус! — рявкнула она, угрожающе потрясая перед его носом пальцем. Если учесть, что сама Горни дышала сопернику в грудь, руку ей пришлось задирать как ребенку, жаждущему ответить на уроке.

— Согласен, подло, Горни, — невозмутимо ответил Нат, отводя гномский палец от носа.

— Катакомбы, да? Ты ведь знаешь, что мне физически плохо от нежити, а от грязи снижается концентрация. Если бы королева согласилась, чтобы я пошел туда один — я бы мог не выйти. Ты этого хочешь?

Она запнулась лишь на момент — и тут же ноздри снова стали гневно раздуваться.

— Не говори ерунды — ты знаешь, что из-за проклятия никто из нас не способен привести другого к гибели.