Беги, а то заколдую!

Однако, увидев на полу пару сухих веток, насторожилась и на всякий случай наколдовала воздушный молот — вдруг хозяин пещеры явился в плохом настроении? Тролли считались дальними родственниками гномов, а посему у них тоже бывало плохое настроение.

— Эй, кто здесь?

— А ну, стой!

Эби от неожиданности метнула воздушный молот и лишь потом разглядела, кто перед ней. Лента аркана спеленала Эбигейл от плеч до щиколоток, и пока она распутывала заклинание, Нат тряс головой, с трудом поднимаясь с пола.

— Что ты тут делаешь, Белоручка? — не дожидаясь ответа, гномка уже намеренно метнула в противника заклинание удушающего объятия. От досады.

— Мешаю тебе выиграть нечестно, — эльф ответил воздушной волной, прокатившейся у неё под ногами и сбившей с ног. — Смотрю, поступать недостойно — это ваш семейный стиль.

— Это называется военная хитрость! — Эби, не поднимаясь, мстительно наслала на него сразу икоту и щекотку.

— И не трогай мою семью! И вообще, как ты меня догнал? У меня была отличная фора!

— Не всегда прямая дорога самая короткая, Напильничек, — Нат отбил пущенные ею заклинания и метнул в нее стаей летучих мышей, до того мирно висевших вниз головой под потолком пещеры. — А тебе лучше бы сказать мне «спасибо». Я спасаю твою задницу от гнева её величества!

— Тролля с два! — Эби создала небольшой вихрь, который сначала вымел из пещеры мышей, а потом, огибая костер, собрал с пола золу и пыль и закрутился вокруг Ната, мгновенно расчихавшегося.

Однако это не помешало ему наколдовать веревку, связавшую гномке обе щиколотки, и вздёрнуть Эби кверху ногами высоко над ним.

— Апчхи!

— Гад эльфийский! — кричала она, раскачиваясь.

— Апчхи!

— Чтоб тебе на мосту провалиться прямо троллю в зубы!

— Аааааапчхи!

— Тысячу гвоздей тебе под одеяло!

Эби распутала треклятое заклинание и по инерции рухнула на эльфа, отчего пыльный вихрь саморазвеялся.

— Слезь с меня, Гвоздильня, — гнусаво потребовал Нат, чувствуя, как колено гномки упирается в самое дорогое. К груди его прижималось нечто более приятное, и он бы насладился, не ворочайся Горни так опасно.

— А ну не трогай, белобрысый! — Эби убрала его руки со своей задницы.

Оба вскочили и некоторое время отряхивались, тяжело дыша и сверля друг друга гневными взглядами.