Проклятие бескрылых драконов

Это было письмо одного из главарей наёмников к какому-то важному чиновнику Шафара. В послании цветасто расписывалось, с каким старанием охотники на драконов исполняют приказ первого мечника Дома Теней. И это несмотря на то, что приказ был отдан всего за пару часов до прибытия «серебряного ящера». А убийство столь сильного дракона – задача не из лёгких. Хорошо что мудрые командиры наёмников, из числа коих был и сам автор, нашли рецепт яда, который должен свалить даже принца.

Это что же получается, Рэй нанял наёмников, чтобы убить Ворна?! Я нервно рассмеялась.

Поверить прочитанному было сложно. А если это сам Ворн всё подстроил?

Ну да, и едва не умер тоже для воплощения своего коварного плана. Я шумно выдохнула, с силой потёрла виски и встала.

Как письмо вообще попало к дракону? Мог ли он его выкрасть в городе? Да запросто, Ворна очень долго не было. Читал ли он его? Кажется, нет. А что будет, если прочитает? Это же прямое доказательства попытки убийства наследника. Причём не последним дроу.

В письме не зря указан официальный титул Рэя. Значит, с большой долей вероятности, это окончится войной. Или каким-нибудь малоприятным конфликтом, где наверняка погибнет куча народу.

Не то чтобы мне хотелось защищать Арэиена – сейчас он перешёл черту, но война – это слишком.

Я посмотрела на письмо и разорванный конверт, валявшийся рядом с кучкой хвороста. А что если глупая женщина разожжёт костер с помощью ценного послания?

Глава 17

Ворн открыл глаза и замер, стараясь не дышать.

Спиной к нему, едва касаясь обнажёнными ступнями его ног, лежала Даша. Густые волосы выбились из наспех заплетенной косы и рассыпались по черному плащу практически сливаясь с ним. Под сюртуком, которым укрылась девушка, отчётливо обозначалась фигура – хрупкие плечи, узкая талия, упругие бёдра.

Дракон принюхался и почуял головокружительный аромат весеннего рассвета и первых подснежников. Но в этот раз кроме привычного запаха истинной чувствовался и его собственный. Ворн сглотнул и шумно выдохнул - запахи кружили голову.

Он наконец понял, что его всё это время так раздражало – от его истинной не пахло им. Теперь это изменилось, и зверь удовлетворённо молчал, не толкая человеческое начало на глупости.

Ворну захотелось увидеть ее лицо. Он приподнялся на локтях и едва не взвыл от боли - растревоженная рана, до этого успокоенная магией, дала о себе знать.

Боль немного отрезвила. Ворн, стараясь не разбудить Дашу, осторожно сел и осмотрел себя.