Проклятие бескрылых драконов

Самым поразительным было не то, как вёл себя кривоносый, а то, что не прошло и минуты, как кабинет опустел. Я осталась одна, босая, промокшая, неловко прячущая за спиной мечи, которые непонятно куда теперь девать.

Повисла тишина. Неизвестный придирчиво меня разглядывал, я мёрзла. Хоть бы переодеться дали. А то мокрая ткань рубашки так и липла к коже, молчу уже про улучшившуюся прозрачность. Тут, в конце концов, не конкурс мокрых футболок.

- Итак, - скрипуче проговорил кривоносый и поднялся. Высокий, тощий, опасный.

Мне захотелось отшатнуться назад, но я заставила себя остаться на месте и гордо вскинуть подбородок.

- Значит, - после непродолжительной паузы продолжил мужчина, медленно приближаясь, - первокурсница смогла меньше, чем за полминуты, уложить орка с боевым опытом на больничную койку. Необычно, вам не кажется? Я бы даже сказал, противоестественно.

- Чистая случайность, - в горле пересохла и голос получился какой-то жалкий и дребезжащий.

- Случайность? – кривоносый мерзко улыбнулся и схватил меня за руку.

- Никто. Зачем нанял? Куда нанял? Почему нас? Каких ещё нас? Что вообще происходит?! – я попыталась освободить руку, но не тут-то было. Эта сволочь для надёжности ухватилась и за второе запястье.

В узких глазах странного типа читались злоба и досада.

- Не строй из себя дуру! Кто украл перстень? Отвечай! – он тряхнул меня так, что зубы клацнули. – Кто заплатил твоему ушастому за тебя и сколько?!

- Какой ещё перстень? Кто заплатил? Что за бред вы несёте?! К психиатру обращаться не пробовали? Попробуйте.

В глазах кривоносого ясно читалось желание меня придушить. Прямо сейчас. Тонкие ноздри мужчины гневно раздулись, он сжал руки на запястьях сильнее.

- Ай! – вскрикнула я и выронила клинки. Они глухо ударились об пол, застеленный пушистым ковром, и замерли молчаливым укором – мол, последнее оружие выбросила, не боевой маг, а пародия какая-то.

- Ещё хоть слово в таком тоне, и я выжгу твоё сердце.

- Отошёл от неё! – по кабинету прокатился едва ли не звериный рык.

По спине побежали мурашки.

В дверях стоял блюститель нравственности собственной персоной. Только его здесь не хватало. Мало мне неприятностей.

Зато кривоносый, мигом утратив воинственность, демонстративно спрятал руки за спину, сделал шаг назад и, опустив голову, покаянно произнёс:

- Прошу простить, мессер, я позволил себе лишнее.