Я (не) ваша жена, герцог!

Бросаю взгляд — бумажка…

«У тебя мало времени», — знакомым почерком гласит послание.

Вот же гад, а! За мной, значит, не пошел, а записки подкидывает. Детский сад, ей-богу!

Сминаю листочек, стиснув зубы. Решительно открываю дверь, за которой никого нет (кто бы сомневался!), и марширую искать герцога.

— Госпожа, — выныривает откуда-то Рина, едва не напугав меня до чертиков, со стаканом воды со льдом, который я слезно просила принести.

Разумеется, только для того, чтобы меня оставили одну, а я могла бы в это время пошуршать по комнате, если бы меня не отвлекли мои мысли и эта дурацкая записка.

— Спасибо, Рина, — улыбаюсь девушке. — Отведи меня к герцогу.

— Его светлость в такое время у себя в кабинете, он не любит, когда его беспокоят, — неуверенно мямлит рыжуля.

— Ничего страшного, пусть привыкает, — небрежно отмахиваюсь. — Веди. Ему все равно придется теперь терпеть меня, раз уж женился.

Немного помявшись, Рина все же выполняет мою просьбу и ведет по коридору, в котором я бы могла смело заблудиться.

Наконец, мы останавливаемся у двери и Рина нервно переминается с ноги на ногу.

— Давай сюда, и возвращайся в комнату, — шепчу, забирая бокал со льдом. — Весь удар беру на себя, так что не волнуйся, — подмигиваю, и смело врываюсь в незапертую дверь, едва рыжуля скрывается за поворотом.

Вот ведь, шустрая какая!

— Я же сказал не беспокоить меня, — раздраженно бросает муженек, поднимая глаза на меня.

Однако, во взгляде мелькает заинтересованность и удивление, словно бы он даже не ожидал меня видеть здесь и сейчас.

На мгновение застываю на месте, искренне восхищаясь его стойкости — неужто и вправду думал, что я не догадаюсь?! Вдобавок появляется желание поправить небрежно лежащие волосы герцога.

— И что, думаете, после ваших детских выходок, я оставлю все, как есть? — фыркаю, решительно продвигаясь вглубь кабинета.

Здесь довольно-таки мрачновато и скучно. Как раз под стать этому зануде.

— Вы о чем? — спрашивает, нахмурившись.

— Если так не терпится меня увидеть, могли бы придумать что-то пооригинальнее, чем дважды присылать мне одно и то же. Это уже даже не смешно, — фыркаю, бросая в лицо гаденыша бумажку, которая ловко перехватывается герцогом.

— Я вам ничего не присылал, — спокойно произносит муженек, разворачивая скомканный листок и внимательно вглядывается в содержимое. — Это даже не мой почерк, — хмыкает, откладывая в сторону и поднимаясь со своего места.