Вторая жизнь Беллы

Преподавательница объяснила это тем, что Арчи отвлекается на квилетку. Как будто без Лии он не будет отвлекаться, ха! Близнецам везёт - они сидят вместе и могут свободно перешёптываться, укрывшись звукоотталкивающим щитом, или, если их застукают - то переписываться на полях тетради.

Занятия велись в кабинете на первом этаже, так что в окно Арчи смотрел куда чаще, чем на Амалию. Потому сразу заметил светло-серую волчицу, которая не спеша трусила к замку со стороны леса. Внутри у Арчи мгновенно взметнулась волна радости - и одновременно с этим сидеть на занятии стало куда невыносимее.

Радовало лишь то, что скоро оно закончится - Лиа выучила расписание Арчибальда, так что в этом на неё можно положиться. Как и в остальном, впрочем. Даже дружба с близнецами отошла на второй план, когда появилась Лиа. Только она так хорошо всегда понимала его. Никто больше не мог понять, насколько чужим Арчи ощущал себя как среди вампиров, так и среди обычных людей. И даже среди магов. Он был понемногу и тем, и другим, и третьим - и в то же время не принадлежал ни к кому из них. Он безумно любил Розали, которую считал мамой - хоть и знал, что она ему не родная. Он тепло относился к остальным вампирам, восхищался Беллой, дружил с Айзеком и Джошем. Но был при этом очень одинок - пока не встретился с Лией. Лиа же и сама была в похожей ситуации - единственная девушка в стае среди парней. Такая же лишняя и непонятная аномалия, как и он.

Наконец-то сработал будильник на телефоне у преподавательницы - и та отпустила их, сообщив, что следующий урок начнётся с проверочной.

Арчи пропустил это мимо ушей - с его вампирской памятью ему не надо было часами учить что-либо, достаточно лишь один раз услышать. Он рывком распахнул окно и выпрыгнул, хватая в охапку волчицу, которая притворно взвизгнула от испуга. Оба знали, что это притворство - Арчи ещё ни разу не получилось застать подругу врасплох - тем не менее он не оставлял попыток.

- Когда-нибудь я и правда тебя напугаю, - смеясь, заявил подросток, зарываясь руками в густую шерсть на загривке волчицы.

Та прикрыла глаза, пока её почёсывали. Почему-то никто из квилетов, посвященных в тайну стаи, даже не пытался почесать или погладить волков. Должно быть, думали, что это неуважительно. И только сами перевёртыши знали, насколько может чесаться и зудеть под шерстью. Так что парни из стаи легко могли почесать друг дружку, а к Лии они с этим вопросом подойти стеснялись. Хорошо, что Арчибальд ещё ребёнок, и подобные мысли его не посещают.