Вляпалась!

— Предлагаю бартер: честность в обмен на твою жизнь.

— Ты как был, так и остаешься… слизнем, — на грани слышимости произнес Демьян, и я заранее сжалась, ожидая удара.

Но того не последовало. Человек рассмеялся.

— Знаешь, как в месте, где я рос, расправляются с господами подобно тебе? Их подвешивают вниз головой и вспарывают запястья. Капля за каплей крови, секунда за секундой к ним приближается смерть. Я бы с удовольствием тебя прирезал, если бы не задолжал кое-кому твою шкуру. Я повторю ещё раз!

Вот теперь я разобрала хруст чего-то — неужели костей?.

А затем он вскочил с меня так резво, что я опешила от неожиданности. Бывший начальник несся в камеру к удивленному незнакомцу, который, впрочем, быстро сконцентрировался и вступил в бой. Началась возня, и я отчетливо осознавала, что Маркелов проигрывал. Прут оказался выбит из пальцев, а сам он приперт локтем к стене.

— Откуда ты взялся? — с искренним недоумением спрашивал незнакомец, пока Саша хрипел и хватал ртом воздух.

Или пан, или пропал. Если заторможу, то Маркелов попрощается с бренным миром, а следом за ним и Демьян, ну и я — за компанию. Нет времени для сомнений. Времени вообще не осталось. С боевым кличем я бросилась на врага. Из кармана что-то выпало и покатилось по полу, на мгновение отвлекая меня от цели. Секундного замешательства хватило, чтобы человек оказался в шаге от меня. Деваться было некуда.

Кажется, мой браслет растерял весь запас удачливости.

Под башмаком незнакомца хрустнуло стекло, и драгоценный яд, одной капли которого хватило бы, чтобы всё закончилось, оказался расплескан по камням. Мужчина повалил меня, подмял под себя и схватился за горло обеими руками. Я захрипела. Перед глазами поплыло, и мир стал расплываться, отдаляться, теряться. Звуки обратились в пепел.

Не так я представляла свою кончину. По правде, я её вообще никак не представляла. Но когда воздуха стало так мало, что в мозгу помутилось, до меня донесся воинственный клич Маркелова.

— Руки прочь от Ивановой! — завопил он, кинувшись в атаку, а затем дернул мужчину на себя.

Не удержав равновесия, тот выпустил меня и хорошенько приложился о стылый пол подземелья затылком. А затем поднялся, ладонью тронул голову и с удивлением осмотрел кровь на пальцах. Он заревел как дикий зверь и замахнулся на Маркелова, но вдруг потерял равновесие, словно подкошенный острой косой.

В следующую секунду незнакомец рухнул лицом вниз.