Вляпалась!

Допустим, ему сообщили о гибели россиянки — и с горя он вздернулся. Пусть подергается в петле. Чем не трагичная история любви?

У меня внутри похолодело. О ком конкретно речь? Демьян или Дим? Без сомнений, кто-то из них. За всё время я успела сдружиться всего с двумя мужчинами, каждый в теории мог иметь со мной особые отношения. Виктория, кажется, думала примерно о том же, потому что на её лбу залегла глубочайшая морщина.

К сожалению, больше ничего любопытного мы не услышали. Человек обсудил что-то касательно «его людей», которым нужно заплатить за информацию, хранитель пообещал столько денег, сколько потребуется.

Затем человек выразил опасения, что короля может смутить одновременная смерть и «надоедливой россиянки», и этого самого «гаденыша», которого они характеризовали крепким словечком. На что хранитель пообещал придумать красочную историю для общественности.

У меня вспотела спина от ожидания какой-нибудь фразы, которая дала бы разгадку: кого конкретно спасать. Виктория закусила губу с такой силой, что струйкой по подбородку стекала кровь.

Томящийся за нашими спинами глосс помалкивал. Воздух потяжелел, и ощутимо запахло подступающей катастрофой.

Потом человек ушел, а хранитель покоя засел за бумагами. Мы выскочили в оранжерею, ошарашенные донельзя.

— Какая же морда знакомая, — произнесла принцесса, жмурясь. — Не могу вспомнить.

— Демьян или Дим? Надо защитить их, — бормотала я, плюхнувшись на пол и уперев руки в затылок. — Или кто-то ещё? Черт, о ком они говорили?

— Тебе нельзя оставаться в замке, — внезапно сказала Виктория и схватила меня за рукав.

— Наше преимущество только в том, что тебя считают мертвой. Мы придумаем, как их спасти. Надо убираться.

— Куда? Давно рассвело, повсюду слуги.

Во взгляде Виктории появился неподдельный испуг.

— А если попросить глосса помочь? — зашептала она. — Спроси его, возможно, есть другой выход из замка?

Спрашивать не пришлось, субстанция коснулась меня — прошибло разрядом тока — и понеслась обратно в тоннель.

— Он указывает путь, — слабо улыбнулась я. — Кажется, я готова признаться мертвому охраннику в бесконечной любви.

— Всё не так плохо. Послушай, только додумалась, что мне нельзя с тобой: я слишком заметная, — она обвела себя зелеными ручищами. — Обещаю, что предупрежу Дима, а ты пока ищи выход. Встретимся на окраине города в трактире...

Я перебила принцессу на полуслове:

— При условии, что я сумею добраться до окраины в таком виде.