Замок Кон'Ронг

Ну и детям Джин, когда те родятся, вырастут и докажут, что достойны доверия. 

Вот и посмотрим, годится ли Лесс Кон’Ронг на роль отца для детей Джин. 

Любовь?

О, нет. Вот этого чувства Джин не испытывала. Привязанность, симпатия, возможно, немного уважения – и только. Прости, Лесли, не настолько хорошо я тебя знаю, чтобы доверять, а любовь возможна только при обоюдном доверии, полном доверии, и никак иначе.

***

 - Тварь!

От пощечины Аликс полетела на пол – и в бок ей с силой врезалась нога.

 - Сэнди! Умоляю!

Аликс съежилась в комочек, показывая, что потеряла сознание.

Вот рту было солоно от крови.

 - С-сука!

Муж ударил ее еще несколько раз – и отошел. Забулькало вино, сильно запахло спиртом. Женщина почувствовала, что к горлу подкатывает горький комок и постаралась удержать рвоту.

Только не сейчас.

Нельзя, нельзя, терпи, Аликс. Ты справишься, ты должна.

Ради себя, ради своего ребенка – держись!

 Муж презрительно сплюнул на пол рядом со свернувшейся в комочек дрожащей женщиной – и вышел вон из комнаты.

Аликс продолжала лежать, чутко прислушиваясь к его шагам.

Вот хлопнула дверь кабинета. Шаги за стеной. Звон золота.

Опять хлопок двери.

Шаги уже на лестнице – и входная дверь закрывается за Сэнди. Только тогда Аликс позволила себе встать на ноги. Медленно, осторожно, коснулась ладонью живота.

 - Ты жив, малыш?

Малыш определенно был жив, она бы почувствовала неладное. К счастью, муж ударил в бедро, в ногу, бок защитила рука, а живот удалось уберечь.

Дальше так продолжаться не может!

Аликс со стоном рухнула на кровать.

Рано или поздно, так или иначе – муж забудется. Вряд ли ее беременность отучит мужчину от привычки срывать зло на жене и чесать об нее кулаки. Раз поднял руку – и два поднимет, а там и в привычку войдет, говорила Джин.

Аликс еще ей не верила, а вот вошло же. Раньше она терпела, молилась, пыталась что-то сделать, а вот сейчас...

Речь идет о жизни ее ребенка! Да и о ее жизни, если на то пошло! Хотя это соображение не принималось во внимание раньше, но беременность многое изменила.

Ну, нет!

Этого она не допустит!

Плевать на осуждение света, плевать на безденежье, сейчас для женщины были важны лишь две жизни – ее и ребенка!

Аликс прикусила пораненную губу. Боль отрезвляла, приводила в чувство...

Она отлично знала, что до утра Сэнди дома нее появится.