Кафетерий для спецназа

— Он все равно его собьет, — заверил Шольт. — Пусть смотрит. Заснет в кресле — опять в кровать отнесу, не надорвусь как-нибудь.

Ханна сдалась — Шольт уже заметил, что она отступает, не спорит, даже если педагогические решения кажутся ей неправильными. Спросила, где накрывать стол — «парадно в гостиной или поедим на кухне?» — получила дружный ответ «на кухне» и попросила:

— Помоги мне. Заодно поговорим.

Доставая салатницы, Шольт готовился к разговору об утреннем инциденте, твердо решил придерживаться версии контузии, но она не понадобилась.

Ханна заговорила совсем о другом.

— Пока вы лепили снеговика, позвонила моя мама. Нас приглашают в гости. Я ничего не ответила. Сказала, что мне надо посоветоваться с тобой. Если ты совсем не можешь, не хочешь... я совру, что тебя вызвали на службу.

— А ты сама-то что хочешь? — прямо спросил Шольт.— Идти или не идти?

— Я бы предпочла пойти, чем звать их сюда, — быстро ответила Ханна. — Из гостей можно сбежать, если что-то пойдет не так, а вот выгнать гостей из дома.

..

— Я о другом. Если ты предчувствуешь конфликт, подозреваешь, что при более близком знакомстве мы с Йошей им не понравимся, и это приведет к скандалу, то можешь отказываться и врать что угодно. Я тебя поддержу.

— Нет-нет, — замотала головой Ханна. — Я так не думаю. И буду рада, если мы пойдем. Спросим Йошу?

— Спрашивай, — усмехнулся Шольт. — Я уверен, он скажет: «Да». Надо же проверить, как твоя мама готовит. А вдруг еще какой-нибудь новый салат произведет неизгладимое впечатление?

Конечно же, Йонаш визит одобрил.

Съел порцию гранатового салата, расковырял куриную грудку и запросился к телевизору — даже при здоровом аппетите волчонка нельзя было столько есть второй день подряд.

— Я превращусь? — спросил Шольт, глядя на салат из печенки с грибами. — Волк настаивает. Просит, чтобы ты его покормила.

— Конечно! — заулыбалась Ханна. — Превращайся. Пусть выбирает.

Он разделся в спальне. Перекинулся, встал на лапы и первым делом прошел в прихожую, к большому зеркалу.

Волк придирчиво осмотрел свое отражение, стараясь повернуться в профиль, повертел головой и удовлетворенно заворчал. Лисы мерились красотой хвостов — часами обсуждали у кого пушистее, кому досталась белая капелька на кончике, а кого Камул с Хлебодарной обделили. Шольт свой хвост выдающимся не считал. А вот нос!.. Нос у него был отличный, немного великоватый у двуногого, зато украшавший волка и выделявший его из толпы изяществом длинной морды.