Кафетерий для спецназа

В странной волчье-медвежьей стае никто не чувствовал себя одиноким. Когда-то Ханне казалось, что они с Витольдом сумели подружиться, и, если угаснет влечение, их связь станет еще крепче. А вышло совсем наоборот. Восемь лет приятельствовали ради секса, а теперь один обрел новую пылкую страсть, а вторая осталась у разбитого корыта. Чем так обманываться, лучше жить стаей. Наверное.

Утром Шольта принесли в кафетерий двое спецназовцев. Плед был выстиран, Шольт выкупан — или тщательно протерт влажным полотенцем.

Шерсть не блестела, но и не сбивалась в неопрятные клочья. Волк явно набрался сил и повеселел.

«На яблочном пюре отъелся», — подумала Ханна, глядя на очередное паломничество к ложу.

В обед Йонаш вывалил охапку новостей.

— Тетя Ханна, нам надо завести дневник по природоведению. Записывать температуру воздуха, каждый день фотографировать одно и то же дерево, чтобы фиксировать, как желтеет и опадает листва. И еще нужно раскрасить три страницы в тетради по ботанике.

— Ботанику-то я раскрашу.

А вот дневник... боюсь, я забывать буду.

— Температуру можно из газеты списывать, там прогнозы на неделю печатают. А дерево по утрам фотографировать. Вы же по утрам кофе на балконе пьете.

— Откуда ты знаешь? — удивилась Ханна.

— Дядя Георг с дядей Казимиром по утрам кофе на крыше пьют и вами любуются, — без всякого стеснения ответил Йонаш. — В бинокль. Дядя Веслав тоже иногда на вас посмотреть ходит.

То-то Ханне временами казалось, что на ней халат вот-вот затлеет!

— Я виноград фотографировать буду, — ответила она.

— У винограда листья почти засохли, лучше липу, — возразил Йонаш. — А одну раскраску по ботанике надо было сдать сегодня. Давайте вы сейчас раскрасите, и я училке отнесу, она до шести, во вторую смену уроки ведет.

Ханна неосторожно согласилась заняться раскраской и через десять минут оказалась в собственной гостиной в обществе Йонаша и Шольта. Шольта занесли на диван двое сотрудников МЧС, а Йонаш с рюкзаком пришел сам, чтобы написать домашнее задание по литературе.

Неприятность случилась, когда Ханна с Йонашем фотографировали липу. Стоило выйти на балкон, как волк приковылял в спальню, забрался на кровать и растянулся во всю длину лап. Ханна возмутилась — «спать же потом невозможно будет!» — и попыталась прогнать Шольта свернутой газетой. Метод полковника Деметриуша не сработал — волчьи зубы прокомпостировали бумажную трубку, клочки разлетелись по всей спальне.