Невеста для министра обороны

Оббежав всё проклятое здание, я так и не встретила ни единой живой души. А вернувшись в палату, поняла, что и Сакрахар, кажется, уже мёртв. И у меня возникло чувство, что я тоже сейчас лягу рядом с ним и тихонечко скончаюсь от происходящего. Просто не выдержит сердце, чего всегда так боялась Миранда.

Я сделала глубокий вдох, медленно выдохнула, не в силах отвести взгляд от трупа Кровавого канцлера. Грозу всей Сельмии просто взяли и отравили. И то нечаянно. Небось вся преступность королевства будет плясать от счастья, узнав новость.

Неужели мне никак его не откачать?

Проделав ещё несколько подходов успокаивающего дыхания, я подошла к телу, и проверила пульс. Мёртв. Я не помогу, даже если очень захочу. Я не умею воскрешать мёртвых.

— О Превеликие, зачем вы так со мной? – я понимаю, что нельзя во всём винить Титанов, но сейчас очень хотелось найти того, на кого можно было бы сбросить груз ответственности. Лучше бы я выпила этот морс, в который раз думаю об этом.

Зачем Канцлер вообще взял его? Хотел показать какой он непринуждённый и сильный, что доминирует даже в больничной палате? Покичиться тем, что он раскусил мою маскировку и теперь празднует триумф? Ну не ценой же своей жизни.

Ладно, ему уже не помочь. Что можно сделать сейчас? Правильно, надо найти Фауста и рассказать ему обо всём. Пусть решает, как поступить. Не вызывать же стражу на труп Сакрахара? Они первым делом повяжут меня, и разбираться будут очень нескоро.

Значит я должна найти министра обороны. Он точно будет судить непредвзято. Со скидкой на мою внешность, конечно.

А стоит ли его искать? Или может всё бросить, бежать, как когда-то, снова замаскироваться? Может быть никто не узнает? Выпить снова зелье, чтобы даже под пытками не смогла рассказать кем была и где жила? Это будет лучше, чем то, как отнесётся ко мне Фауст, узнав правду?

Но тогда я брошу всех. И миссис Гекли, и девушек, которых надо спасти от ложного расследования, и всё дело, которое вела столько дней, не раз подвергая свою жизнь опасности.

И ведь Фауст мне точно не простит этого побега. И какого тогда он будет обо мне мнения? Уж лучше лично приду и всё расскажу, а там будь что будет. Снова сбегать не получится.

Полная решимости, я начала быстро собираться. В тумбе нашлась моя одежда. Постиранная, но погоревшая где только можно. В целом носить её ещё можно, хоть и стыдно.