Невеста Короля-Феникса

— Можешь рассказать мне обо всем, ну… как будто мы подруги?

— Только в вашей комнате, госпожа.

— Хорошо.

Они вошли в покои и закрыли дверь. Зиньям резко распрямилась и явно почувствовала себя более свободно, чем под испытующими взглядами стражников или других служанок, которые встречались на пути в таких же строгих серых платьях.

— Так что вы хотели знать?

— Хотела понять, чем вообще заняты наложницы и жена короля, кроме рождения наследников, — сдавленно проговорила Аля. По фильмам и книгам она к девятнадцати годам поняла, что в прошлые эпохи жизнь королевы во многом подчинялась только производству на свет потомства на благо государства.

Даже не для любимого или нелюбимого мужа. И такая перспектива угнетала все больше с каждым мигом. Пусть Аля и мечтала стать хорошей женой, но это не отменяло самореализации в профессии и хобби.

— Наложницы и жена короля могут заниматься любимым делом: вышивать, петь, рисовать, собирать бабочек, писать стихи. Чем угодно! — воодушевленно начала Зиньям, мечтательно обводя комнату глазами и доверительно касаясь руки Али.

— Прекрасная жизнь… Я вижу, что вы противитесь такой судьбе, но, поверьте, это лучше, чем работа на фабрике, в пыльной конторе или служба в армии. К тому же, в армию берут только фениксов. Ни я, ни вы не обладаем этой магией, насколько я понимаю. Да и никакой другой магией. Для тех, у кого нет «второй формы», полученной от великих прародителей, в Весп-Лаке не так уж много вариантов, чтобы возвыситься. Я рада, что служу в гареме. Для моей семьи из отдаленной рыбацкой деревни это гордость.

«Значит, здесь в армии служат и женщины. Но обычный человек без магии — человек второго сорта. Интересное общество. А мы, значит, как фарфоровые статуэтки в гареме, избранные некой магией. Выходит, это мне из всех увлечений останется только бисероплетение и чтение? И, вероятно, местные танцы. Да, танцы я люблю. Но ведь не в этом дело!» — сделала свои неутешительные выводы Аля.

Ей нравилось мастерить из проволок и бусин цветы и брошки, да и беззаботная болтовня с ровесницами ей никогда не претила. Но всю свою жизнь она сознавала, что никто не может лишить ее права выбора, навязать свое общество или увлечения.

Здесь же даже еду подавали по расписанию. И если прочие участницы отбора, похоже, стремились всеми силами попасть на грядущие испытания, то Аля теперь хотела только одного — покоя и тишины.