Невеста Короля-Феникса

Но в последнее время жестокость и подлости сами добирались до нее клейкими нитями паутины мрака, наподобие того, из которого лезли и лезли гарпии.

Вскоре на внутреннем дворе их оказалось не меньше дюжины, следом за ними с хлопком вылетело несколько черных шаровых молний, которые врезались в стену, кроша и обугливая светлый песчаник. И портал скукожился и затянулся, как зашитая неровными стежками свежая рана. Только небо вокруг по-прежнему выглядело смятой страницей, небрежно изрисованной чернильной ручной.

— Рассейте их! — приказывал Бенну, не переставая стрелять.

По двору носились не люди — очертания, силуэты. Бенну и Огвена сливались огненными вспышками, враги растворялись скоплением темной энергии. Они стремились уничтожить друг друга, две противоположные силы, давние враги. С грохотом летел град магических пуль, но обе стороны уклонялись от выстрелов рывками, перемещаясь с одного места на другое, словно ослепительные зарницы.

Человек не сумел бы уследить за таким сражением, и все же Аля видела Бенну и Огвену, которые старались держаться вместе. В те страшные мгновения о себе не удавалось думать, лишь прорезал холод при каждой новой атаке гарпий. Некоторые рвались к галерее, внутрь дворца, а значит — к нише, последнему пристанищу перепуганной пленницы гарема. Аля трепетала от ужаса, но не смела оторвать взгляд от действа, что развернулось кровавым полотнищем в некогда мирном внутреннем дворе.

— Не пройдешь! — гулко рявкнула Огвена, всаживая короткий кинжал в горло противника и тут же отталкивая бездыханное тело, чтобы вновь вступить в бой. Она превратилась в воплощение ярости, не осталось и следа от улыбчивой веселой девушки из трапезного зала — только неукротимая хищная птица. Бенну же сражался с каменным лицом, на котором застыла маска боли, словно он уже сто раз видел все это и бесконечно устал от перестрелок и кровопролития.

— Берегись! Осторожно! — крикнул он, когда вдруг обрушилась снесенная заклинанием колонна, погребая под обломками одного из стражников. Бенну поспешил к нему, по пути сметая сразу двоих врагов. Спину ему прикрывала Огвена, превратившись в живую тень, не тусклую, призрачную, а пронзительно сияющую и смертоносную. Неожиданно ее оттеснил один из врагов — высоченный воин, будто весь сотканный из черных протуберанцев.