Невеста Короля-Феникса

– Что ты сказала? Что ты посмела сказать? – прошипела принцесса гарпий, подобно тем чудовищам, которые напали на дворец днем. – Да я вас всех…

– Девочки! – громко воскликнула Павена. – Если не прекратите, позову стражу.

– Это она! Это из-за нее гарпии напали! – заплакала девушка-феникс, вызывая одобрительный гул за столом.

– Хватит! Еще слово – и ты будешь дисквалифицирована, – крикнула на нее Павена, и угроза безотказно подействовала.

– Ха, я же говорила! Я залог мира, со мной ничего не сделают, – визгливо ответила Эрин, но ее длинные пальцы нервно сжимались в кулаки и снова бессильно разжимались.

Если за ней и приходили сородичи, то им не удалось вернуть принцессу. Но что-то подсказывало: ее уже списали со счетов, отдали как выкуп, а дерзкое нападение спланировали с иной целью.

– Молчать, Эрин! Ты главная подозреваемая, – гулко осадила Павена.

– Не указывай мне, старуха, я принцесса! – забывала о последних границах дозволенного склочная девица.

– Останешься без ужина и завтрака.

Заприте обеих в их покоях, – сухо приказала Павена, гордо вскидывая голову.

Аля сжалась в комочек, вцепившись в край стола, и радовалась, что ей хватило ума и осторожности не вступать в перепалки с Эрин после провокации у допросной. Да она и не разбиралась во внешней политике. Новые волны озноба не отпускали до самой ночи.

Не помогли ни горячая ванная, ни переодевание в новое платье. Все чудилось, что в нее летит черная молния, как будто в памяти прокручивался один уцелевший кадр сгоревшей пленки.

Обида на Эрин вскоре улетучилась, отступила на задний план, как наспех намалеванная декорация, убранная придирчивым постановщиком в пыльный угол. Нет-нет, в его жестокой пьесе все картины воплощали тоску и переживания. По крайней мере, в этот ненормальный день, слившийся с такой же ночью.

Во мраке от предельной усталости мысли путались клубком нечесаной шерсти, из которой не вытягивалась стройная нить пряжи. Аля продолжала сидеть, растирая голени, комкая подол рубашки. Все ее существо немо просило, чтобы кто-нибудь вошел, отвлек от мыслей.

И вот раздался стук в дверь, негромкий, но решительный.

– Кто там? – встрепенулась Аля, догадываясь, что пожаловала не Зиньям. Служанка всегда лишь скрипуче гремела чугунным кольцом на внешней стороне массивной двери, точно ей не хватало сил на настоящий стук. Теперь же чья-то уверенная рука без страха ударяла по толстым доскам.

– Одна рыжая нарушительница порядка, – донеслось из коридора.