Невеста Короля-Феникса

Похоже, в эту ночь ей и самой не спалось, а одиночество не скрасили бы ни сладкие пирожки, ни горькие лимонные дольки.

Но теперь кислота кусочков цедры приятно искрилась на языке, смешиваясь со сливочным вкусом мороженого, которое Аля осторожно доставала из стакана серебряной ложечкой. Огвена демонстративно закатывала глаза, как в театре, показывая, насколько вкусное яство им досталось после ужина в обход всех запретов гарема. Пончики тоже поглощались с подчеркнутым наслаждением, как в рекламе, и Аля невольно рассмеялась, размазывая по губам сахарную пудру, словно помаду.

– Если стану королевой, точно отменю все запреты на сладкое. Буду королевой лимонного мороженого, как в сказке, – мечтательно проговорила Аля, когда они, успокоенные и почти счастливые, лежали, глядя в потолок. Огвена облизывала с пальцев сладкие крошки от пончиков и мечтательно соглашалась:

– Это точно. Глупые запреты. Придумала их королева-мать, где-то вычитав, что сладкое вредит юным женам произвести на свет здоровое потомство. Ну, а Павена всегда рада подхватить какой-нибудь новый запрет.

– Ты многое знаешь о гареме.

– Конечно, я же росла во дворце. Мой род в шестом колене восходит к королевскому, – объяснила Огвена, но без особой гордости, потому ничем не задела Алю. – При дворе многие так. Просто в ком хоть капля крови от правящей династии, у тех и сила феникса больше. Поэтому наш долг служить Королю. Эх, жаль, что мы не в родном мире. Там-то на материке Феникса ты можешь решать свою судьбу сам, магии на всех хватает.

– А чего бы ты хотела? Ты сама, а не то, что велит долг.

– Не знаю. Возможно, путешествовать. Посмотреть мир, поехать как-нибудь на раскопки древних цивилизаций. У меня есть один друг, который этим очень увлекается, – начала Огвена, мечтательно сощурившись, и вдруг осеклась. – Ну, а ты, ты хотела бы стать королевой и правда?

– Нет, – твердо ответила Аля.

– Может, и не придется. Мы с Бенну тебя точно не бросим. Тебе не придется делать то, что тебе претит, уж это я тебе обещаю. И жить не своей жизнью, если это не твоя судьба, – заключила Огвена.

– Ты останешься? – чуть капризно спросила Аля, натягивая одеяло. От простых слов Огвены в душе разгоралась робким угольком новая вера в великодушие хозяев дворца.

– Могу остаться. Никто не запретит, – кивнула Огвена и подвинулась ближе к Але. Так они и заснули, прижавшись друг к другу, чтобы отогнать озноб волнений и оградить друг друга от теней, ползущих с моря в неверном лунном свете.