Не заговаривай с демонами

- Хватит выть, - возмутился кот. – Я же не вою, хотя терплю в своей комнате нахлебников, которые еще умудряются ломать ценные вещи. И вообще, иди уже на завтрак. А то тебе сегодня пруд от тины очищать.

- Какой пруд? – я высунулась из-под подушки.

- Русалочий, - недовольно буркнул кот.

- А занятия?

- Отменили из-за ночного происшествия. И всем, кто в нем участвовал, влепили по два часа хозработ. Хоть делом займешься.

- Чем по вечеринкам шастать, лучше бы про наше расследование вспомнила, - буркнул недовольный Эдик.

– Я вот во всем себе отказываю…

- Угу, вижу, - я выразительно посмотрела на Люсеньку, цветочки которой очень подозрительно присматривались к моим ногам. – Все, я в душ и на завтрак. Хоть помыться в тишине.

Но в тишине не получилось.

Глава 24

- Что это б… за х… такая! – ругалась я через пять минут, в безуспешной попытке оттереть непонятную загогулину, появившуюся чуть пониже ключицы.

Я вообще-то редко использую нецензурную лексику, но случай оказался уж очень подходящим.

По цвету загогулина напоминала выцветшую татуировку, по форме – ромб с закругленными углами и сильно вытянутой нижней частью.

И еще вчера этой гадости на моем теле не было. Ну не могла же я на вечеринке до такой степени утратить над собой контроль, что согласилась на тату. Да и кто бы мне его делал? И почему тогда рисунок такой блеклый? Да и не болит совсем, на свежую не похоже. Изображение тоже дурацкое. Никогда бы не согласилась такое на себе рисовать.

Все, больше никаких вечеринок. Никогда!

***

Оттереть непонятные художества так и не получилось.

Поэтому в обеденный зал я вошла злая и в водолазке. Отсутствие кофе тоже не вдохновляло. Яблоки - это, конечно, хорошо, но за чашку приличного американо я готова была убить. Что за мир такой, где по утрам тебе предлагают какую-то коричневатую бурду.

Я на пробу повертела в руках стаканчик с означенной бурдой. Понюхала. Мда. Кофе так пахнуть не мог. Даже очень плохой. Даже из пакетика «Три в одном». Поданный напиток, судя по запаху, варили из тряпки.

Очень старой и грязной. Старой – для вкуса и запаха. Грязной – для достижения нужного цвета.

- Если хочешь покончить жизнь самоубийством, я знаю варианты поприятнее, - раздался за спиной голос, который я меньше всего хотела сейчас услышать.

- Спасибо, справлюсь сама, - буркнула я, но стаканчик на место поставила.

- Диана, нам надо поговорить, - продолжил некромант.

От этой фразы у меня начал дергаться глаз. Обычно ничего хорошего после нее не следует.