Встреча по правилам и без

И надо же, именно мои новые сапожки тетушка заметила первым делом.

- Какая прелесть! – воскликнула она, тасуя гадальные карты, - но я рассчитывала на кольцо!

Растянув губы в невеселой улыбке, я переобулась в домашние тапочки, вздохнула. Словно бы оттягивая тяжелый момент, медленно сняла с себя верхнюю одежду, определила ее в шкаф, через холл прошла в гостиную и устало опустилась в кресло. Большое и удобное, с чуть потертыми мягкими подлокотниками, оно приютило меня в своих объятиях, поделилось теплом.

Как все здесь было знакомо.

Тетушка в чепце и домашнем халате, отороченном кружевом, истово верящая, что одеваться раньше двенадцати – моветон; карты, столик с давно остывшим завтраком, о котором забыли в погоне за новым раскладом, тлеющая в пепельнице сигара – напоминание о почившем муже и запахе, коим он наполнял весь дом.

Я забрала с софы подушку, крепко обняла ее, ткнувшись подбородком в мягкий жаккард. Несколько минут думала с чего начать свой рассказ и нашла лучшим перейти к самому важному и одновременно самому стыдному.

- Петля расстроила помолвку мага. Разразился скандал. Весь прошлый день близ его дома взрывались экранирующие плетения и одно из них заблокировало дом.

- Бедный, несчастный мальчик… - взгрустнула тетушка и начала новый расклад, даю сто пик, на самого Сагерда Юри, барона Декрада.

- Но при этом Петля освободила его от нерушимой клятвы.

- О, тогда он богатый и счастливый! – с улыбкой закивала родственница так, что кружево на ее домашнем чепчике весело запрыгало, а карты быстрее стали ложиться на стол.

- Именно поэтому многоуважаемый маг решил не придавать огласке преступление нашего малыша. Более того, он решил не возмещать урон, нанесенный его чести и достоинству.

- Это великолепно!

- Но я его переубедила, - сказала я с мрачной решимостью и сжала подушку до скрипа.

- Ты?!

Она рукой промахнулась мимо колоды, ухватила воздух и привычным движением опустила несуществующую карту рубашкой вниз. Кажется, тетушка впервые была поражена настолько, что не сдержала крайнее удивление за привычным для нее любопытством.

- Да, тетушка. И более того, я сделала все, чтобы Дамиан понял, как недостойно себя повел, какой опасности подверг всех нас, какое наказание понес бы, случись невозвратное. Он лишился апартаментов, каба, моего доверия, протекции и последующей финансовой помощи. И я настаиваю на том, чтобы вы поддержали меня и перестали отсылать ежемесячные… - Взглянув на тетю, я оборвала свою пламенную речь.