Мой фальшивый муж никогда не попадается на вранье

Я пока добрался не до всех старых пророчеств, но…

– А знаешь, какое чувство у меня, Саблин?

– Какое?

– У меня такое чувство, что, когда судья Змеев спросит у меня, почему у нас столько нераскрытых дел, а я ему расскажу сказочку про пять элементов, таинственные пророчества и магические двери, а в особенности про храмовые книги, большинство которых, если ты не в курсе, написал в свое время Тиресий Хилков, который был слепым, безумным и страшно любил пугать людей всякими страшилками, так вот у меня такое чувство, что в ответ на все это судья Змеев предложит мне заняться наконец делами, а не придумывать всякую ерунду.

– Я трачу свое личное время.

– Выйди.

И Антипий вышел из кабинета шефа, хотя очень сильно хотелось – из себя.

Судья Змеев.

Антипий уже давно заметил, что неприятности почему-то, вот так загадка, кто отгадает, тот, наверное, получит кинжалом в бок, приключались преимущественно с определенной группой студентов академии, в числе которых, вот так совпадение, был и Змеев-младший.

Может, поэтому судья Змеев так злился?

Потому что Антипий был прав и что-то тут совершенно точно было нечисто?

– Он злится, потому что твой отец настраивает против него Совет, – сказала Ульяна Пешкова, пытаясь вдеть нитку в иглу.

– Это твой отец настраивает против него Совет.

– Мой отец говорит: “Мне кажется, кто-то из нас зазнался”. С намеком. А твой: “Змеевы обнаглели”. Почувствуй разницу.

– Говорят, я бесчувственный человек.

– Ты себе льстишь. И прекрати уже преследовать детей, что ты в них вцепился, как в последнее ведро в песочнице?

– Кто бы говорил! Ты закошмарила всех новых сотрудников! У нас и так работать некому. Эти разбегутся, и что? Кто по всем заданиям будет мотаться? Снова я?

Именно поэтому ему так и не подписали заявление об увольнении, понятно?

Из-за Ульяны Пешковой он был тут практически в рабстве!

– Вот что они все тебе сделали?

– А вот ничего! Ничего они не сделали, ясно? Когда рядом такая яркая и интересная женщина… – Ульяна демонстративно тряхнула черными волосами.

– Ты для них старая, – припечатал Антипий. – Ты для меня была старая, когда я пришел. А для них с тебя, наверное, уже песок сыпется. Оставь их в покое.