Последний жрец. Том III

«Никогда не оставляй в живых свидетелей того, что ты — маг разума», — прозвенели в голове слова Лу.

Древо копья все еще было в верхней позиции, так что, вместо того, чтобы перехватить свое оружие поудобнее, я просто провалился всем корпусом вперед — в сторону противника, проходя за линию острия полуторного меча.

Огрызок копья вошел бретеру прямо в горло, перебив позвоночный столб и выйдя с обратной стороны. Парень попытался дернуться, и достать меня в последнем ударе, но я перехватил его руку своей, удерживая противника нанизанным на древко.

Через несколько секунд он дернулся в последний раз и осел на песок сломанной куклой.

Первая кровь пролилась, я выиграл.

И да, шоу удалось, но с совершенно иным привкусом, нежели планировалось изначально.

Ко мне быстро подошел Орвист и еще пара гвардейцев, которые вместе с секундантом маркиза засвидетельствовали, что бретер погиб во время дуэли и свершенное мной не является смертоубийством, за что меня можно было бы привлечь к суду.

После формальностей виконт увлек меня прочь в площадки, оставив стражников и секунданта разбираться с телом, а зрителей — обсуждать подлую низость, на которую пошел не желающий проигрывать фаворит короля.

— Ты же видел? Видел же? Мне не показалось? — жарко спросил я Орвиста, когда мы, вроде как, остались одни.

— Еще как видел, — процедил сквозь зубы гвардеец, — да все видели, что именно произошло.

— Ну, король свои сплетни получит сполна, — невеселая ухмылка как-то сама вылезла на лице.

— Я думаю, на этом ничего не закончится, — хмуро сказал виконт, но не уточнил, что имел в виду.

В тот же день состоялась беседа с королем, но Кай Фотен только разводил руками: прямо сейчас он не мог дать мне никаких ответов и предлагал самому прощупать сознания герцога и его сына, когда те окажутся рядом.

Меня теперь буквально сторонились, так что никаких новых вызовов или попыток меня спровоцировать на конфликт не наблюдалось. Я спокойно вернулся к работе.

Идея с чанами для белья и замена сырой воды на кипяченую, стала давать свои плоды.

Рост заболеваемости замедлился, но недостаточно. Несколько раз я посещал лазареты вместе с Гареном, и реально ужаснулся методам местной медицины. Стерильность? Чистота? О чем вы вообще, господа? Грязные тряпки вместо перевязи, кое-как промытые раны, слишком много умирающих от гангрены на ровном месте. Я спросил про ампутации, но лекарь только покачал головой: с этим здесь были сложные отношения, и я понимал, почему.