Эликсир красоты, или Это всё ОНА

- А можно, тогда пойду я? - сделала они просящие большие оленьи глаза. - Намедни матушке помогала колоть дрова, потом воду таскала, сил нет. Спать хочу, - жаловалась девушка.

- Иди.

- Ты это, - прежде чем удалиться, предупредила она, - ежели холодных потащат в погреб, не забывай двери открывать, или сама подсоби. Ты ж новенькая, должна везде успевать. Дверь в погреб в конце коридора, вона тама, - ткнула она пальцем, указывая направление.

- Холодные - это умершие? - спросила я.

- Да, они, - понизив голос до шёпота, закивала девушка.

- Завсегда после полуночи много их.

Мои глаза расширились, а внутри проскочила неприятная волна дрожи. Чего ещё я не знаю об этом месте? Почему мне никто ничего в подробностях не рассказывает?

- Погоди, Гретта, - притормозила я напарницу, - поведай обстоятельнее.

Девушка вздохнула, переступила с ноги на ногу, но потом, вернувшись на лавку, начала очень тихо, едва шевеля губами, рассказывать:

- Ты точна не из энтих мест, странная больно, простых вещей не ведаешь.

Как дитё малое, - качала она головой. - Ночью приходит Стуйра и забирает слабых духом с собой. Лекари, конечно, пытаются их спасти, но чаще всего у них не выходит.

Слушая рассказ Гретты, я могла только изумляться дремучести местных. Какая Стуйра? О чём они вообще? Некомпетентность списывать на какой-то ночной злой дух? Бред!

- В общам, много страждущих кончаются за полночь, сама увидишь. Я пойду покемарю маленько.

Девушка ушла, а я, закутавшись с головой в платок Гарры, думала.

Надо что-то делать. Каким-то образом прорваться к больным и осмотреть самых тяжёлых. Хотя бы помочь чуток, таблетку дать, тот же парацетамол.

Как задремала - сама не заметила, в таком прохладном помещении неумолимо клонило ко сну. И я не выдержала, сдалась сладкой неге... Гулкий стук во входную дверь вырвал меня из забытья хлеще, чем ушат ледяной воды в лицо!

- Открывайте! Помогите! - кричали по ту сторону, а я, едва продрав глаза, метнулась к двери и с натужных хеканьем, отодвинула засов.

Деревянная тяжёлая створка тут же распахнулась, я едва успела отскочить, чтобы не получить удар по лицу.

Внутрь влетел бородатый мужчина с круглыми ошалелыми глазами.

- Лекарка? - проревел этот бугай. Я было кивнула, а потом отрицательно затрясла головой. - Сыну моему плохо, - и протянул ко мне руки, и только сейчас я заметила в медвежьих объятиях тощего мальчика, закутанного в шкуры.

Вот что странно, детей в лечебнице не было.