Тайна Печатей

Так близко и так далеко…

— Что сделать?! – Слёзы навернулись на глаза, когда солома позади родителей внезапно загорелась. – Как мне вам помочь?!

Огонь поднимался всё выше и выше, окутывая каменные стены и подбираясь всё ближе к решётке: я уже чувствовала его жар.

— Мама, папа!

Всепоглощающее пламя затронуло спины родителей, их волосы и руки, но они не обращали на это никакого внимания и заживо сгорали. Слишком быстро для обычного огня.

— Сделай это! – прокричал напоследок отец. Языки пламени поглотили его целиком.

— Сделай это! – повторила за ним мама и точно так же растворилась в пылу бушующей стихии.

Жар забрал их, но не остановился на этом. Голод его был столь велик, что расплавил толстую решётку, вырвавшись на свободу. Огонь последовал за мной, но я даже не пыталась бежать, лишь отступила на шаг. Смерть родителей выела меня изнутри, лишив желания жить. Дальнейшее не имело для меня значения, а потому и упрямиться не было смысла.

Однако прямо у моих ног пламя остановилось, словно охотник, жаждущий погони за жертвой, вместо безжизненного куска мяса на своём пути, коим я сейчас и являлась.

Огонь, который доставав до потолка, начал уменьшаться с каждой секундой, пока из него не показался мужской силуэт с ниспадающими на лицо волосами. Кай стоял ко мне боком, медленно поворачивая голову в такт угасающему пожару. В его глазах плясали искры, а под ногами жар от огня раскалил камень, вырисовывая алую Печать. В центре неё стоял парень.

— Что стало с моими родителями?! – прокричала я, ощутив разлившуюся в груди надежду.

– Помоги им!

Кай смотрел на меня бесстрастным взглядом, пока на потолке над ним зажигалась вторая Печать, идентичная той, что горела внизу. Он поднял голову и глядя вверх, прошептал:

— Проснись.

— Что?.. – не расслышала я.

— Проснись! – прокричал парень, в мгновение ока очутившись возле меня.

Я резко распахнула глаза, которые тут же упёрлись в хрустальную люстру, висевшую в моей комнате сколько себя помню. Всё было по-прежнему, но меня охватило тревожное чувство чужого присутствия.

Долго не думая, я вскочила с постели и чуть не заорала во весь голос, когда увидела в полумраке Кая. Он молча смотрел на меня, словно какой-то маньяк или ещё хуже, как Эдвард на Беллу. В фильме наблюдение героя за спящей девушкой казалось мне таким же нездоровым, как и появление в моей спальне Кая.

— Что ты здесь делаешь? – задала ему закономерный вопрос. Хотелось повысить голос, но приходилось шептать, чтобы не разбудить родителей.