Я - жена злодея? Требую развод!

Очевидно, с помощью этой милой вещицы полагалось звать горничную, но я решила, что сейчас лишнее внимание мне ни к чему.

Посмотрела на еду, но спешить не стала. Куда больше, чем голод, меня мучило любопытство. И пусть я понимала, что все вокруг — лишь игра травмированного мозга, мне хотелось осмотреться и узнать хоть что-нибудь о предыдущей «владелице» тела.

Оглядевшись еще раз, я наткнулась на еще одно зеркало — большое, ростовое. К нему и подошла, внимательно себя разглядывая. Что ж, не так уж и плохо. После «смерти» я стала обладательницей изящного, по-эльфийски стройного и гибкого тела, которое сейчас скрывала только просторная белая сорочка с кружевами, подол которой едва не подтирал пол.

Прижала ткань руками за спиной, так, чтобы она плотно облегла тело, и оценила фигуру еще раз. Маленькая упругая грудь, тонкая талия, но широкие бедра и сильные даже на вид ноги. Медно-рыжие локоны спадали на тонкие ключицы, еще сильнее подчеркивая идеальную бледность тонкой кожи, сквозь которую на шее виднелись синие венки.

И теперь, вспоминая себя в юности, я видела между нами гораздо больше сходства: моя кожа тоже почти никогда не загорала, и только с годами я научилась не получать солнечные ожоги каждый раз, когда выхожу на улицу.

При виде этого тела вспомнились и некоторые характеристики леди Даркрайс, которые давала ей писательница: моя героиня, стесняясь непропорциональности фигуры, старалась визуально увеличить лиф с помощью кружев, подчеркнуть талию, а бедра скрыть под пышной юбкой, чтобы создать привлекательный силуэт.

В противовес ей главная героиня всегда одевалась скромно, но благодаря природным данным все равно выглядела сногсшибательно. Впрочем, какое мне дело до местной главной героини? По сути, моя задача — добиться развода, найти источник заработка, а муж пусть волочется за этой блондинкой. Может, без балласта в моем лице у него что-то да получится и сюжет повернет в совершенно новое русло?

Приободренная хорошей идеей, я продолжила осматривать комнату в надежде, что смогу понять, какой была Беатрис.

В книге говорилось лишь о том, как она помогала мужу в его «темных» делах, но ни слова не было сказано о том, как леди коротала будние дни.

На столе в беспорядке валялись бумаги. Просмотрев их, я обнаружила обрывки незавершенных стихов и акварели, брошенные на стадии набросков. На картинках леди, похоже, хотела изобразить цветы или сад, но остановилась, не продвинувшись дальше пары широких штрихов зеленой и розовой краской.