Смерть никогда не стареет

Вот я делаю несколько шагов, удаляясь от остановочного павильона. Оглядываюсь. Геннадий Павлович машет мне рукой и пытается улыбнуться, но это у него получается скверно: что-то гложет его изнутри, накладывая отпечаток на мимику. Старушенция, что села на лавочку рядом с ним, задает ему какой-то вопрос. Геннадий Павлович переводит на нее взгляд и начинает ей отвечать. Старушка энергично кивает ему, бросает взгляд на меня, после чего я отворачиваюсь и делаю еще несколько шагов от остановки…

Надо же! Какая, однако, у нас глубокая память.

Она фиксирует все, что с нами происходило, буквально покадрово. Надо только уметь извлечь нужный кадр, что не так уж и просто. Но это возможно.

А если и правда прокрутить память покадрово?

Первый кадр – старушенция задает вопрос. То есть поворачивается к Геннадию Павловичу. Причем проделывает это медленно, всем корпусом, как дозволительно пожилым людям, поскольку энергично вращать шеей в преклонные годы – весьма затруднительное занятие. В следующее мгновение – второй кадр – она открывает рот.

Губы у старушки не накрашены, слегка бледны, но отнюдь не дряблы. И вокруг рта нет никаких морщинок. Удивительное дело: если бы не возраст, а старушке, по самому скромному предположению, лет семьдесят с гаком, то такие губы могли бы принадлежать девушке или молодой женщине не старше двадцати пяти лет.

Третий кадр: Геннадий Павлович смотрит на старушку. Старушенция продолжает что-то говорить и все больше поворачивается к Геннадию Павловичу, при этом ее рука тянется к «дипломату».

Нехватов начинает отвечать, глядя старухе в глаза, а она, в свою очередь, энергично кивает и убирает с колен «дипломат», после чего ставит его на землю межу собой и Геннадием Павловичем. Рядом с его коричневым «дипломатом»…

Все так! Оба дипломата были одинаковых размеров и единого цвета. Их практически невозможно было отличить друг от друга. Произошедшие события беспристрастно фиксирует моя память, которая, казалось, не имеет ничего общего с безалаберным ненаблюдательным тележурналистом.

Дальше я вижу, как подходит рейсовый автобус, и старушенция бойко садится в него. После чего я отворачиваюсь и убыстряю шаг…

– Когда старуха заговорила с Геннадием Павловичем, а он начал ей отвечать, то она сняла «дипломат» с колен и поставила его на землю рядом с «дипломатом» Нехватова. Оба «дипломата» были практически одинаковы по размеру и одного цвета, – выпалил я.

– Молодец! – произнес следователь уважительно.