Восьмая наложница

Раньше он был человеком широких, если можно так сказать, взглядов. Когда ему мальчика с эпилепсией привели бесов изгонять, он велел не в церковь, а в больницу бежать. Наказал врачей слушаться и пока лучше не станет, молиться дома, чтобы больного ребёнка не тревожить. А как полгода назад ковидом переболел во второй раз, так сдавать начал. Молитвы путать. В церковном дворе теряться. Куда и зачем шёл забывать. Да, и такие, вот, ситуации всё чаще происходят.То девочке с анорексией грех чревоугодия отпустит. То соседке моей, которой девятый десяток идёт – садомию.

Она решила переспросить, что именно ей батюшка Иоанн сказал. Так он минуты две глазами хлопал, а потом спросил: кто она такая и где они сейчас находятся? Да, успокойтесь вы уже! Устроили тут концерт.

Бабушки мои, действительно, успокоились. И даже у меня дома ничего о произошедшем не сказали. Но, наверное, сомнения в сердцах у низ остались. Потому, как с тех пор они со мной общаться стали очень холодно, а родителям моим постоянно намекать, чтобы смотрели за мной получше.

А я больше в церковь не ходила.

На Альтее, тоже, девственность ценится несколько выше, чем следовало бы. Но значение имеет не только это. Вдова ещё имеет шанс повторно выйти замуж или стать наложницей. А вот наложница, чей господин жив... дохлый это, номер. Не подобает принцу опускаться до женщины моего положения.

Эх, и что меня дёрнуло полезть целоваться?

– Вы всё неправильно поняли, – голос Киана звучит глухо.

– Я понимаю больше, чем вам кажется. Но не беспокойтесь.

Произошедшее никак не повлияет на наши отношения. Мы будем вместе воспитывать Джиндзиро, как и планировали. Можете считать этот поцелуй ошибкой. Спасибо за чудесную ночь. Поплавать было, действительно, приятно.

Я потянулась к верёвочной лестнице с полным намерением вылезти из воды на борт судна, но Киан перехватил моё запястье.

– Марина... прости.

– Прощения просить, тоже, нет необходимости. Хотя, что вам стоило перевести это в шутку? Так всем было бы проще. Я не ждала от вас ничего.

Свобода и море ударили мне в голову. Отпустите меня.

– Нет. Марина, всё очень сложно.

Я тяжело вздохнула. Вроде бы миры разные, а шаблонные отмазки у мужиков, как под копирку. Бесит.

– Всё очень просто, Ваше Высочество. Этой ночи не было. Она нам приснилась. Я – не Марина, а наложница Мейлин, мать пятого принца. Ваш союзник на ближайшие лет десять-пятнадцать. Вы – опекун моего сына.

После этих слов его хватка ослабла и у меня получилось вырваться.