Моя Прелесть

В лаборатории снадобье давало неплохой эффект. Правда, психи, на которых его испытывали, становились более агрессивными, но отец уверял, что у нормальных людей такого не произойдет. Он ошибся. И мы до сих пор не знаем, как устранить возникшие побочные эффекты. Очень надеюсь, что ты поможешь мне уговорить одного человека поработать над этой проблемой.

Тут до меня дошло. Напиток! Там все пили то, от чего у меня начиналось безудержное чихание. И кофе. Он тоже вызывал у меня внутреннее отторжение.

– Но зачем?

Глаза Антона зло блеснули.

– А затем, Кристин, что я хочу быть магом. Это нечестно, что всяким золушкам-чернушкам вроде тебя – и способность управлять УЭ, и долгожительство, и умение перемещаться между мирами… А мне ничего. Мне даже мать свою фамилию давать отказалась. Сказала, что я ее позор. А я, Крис, не хочу быть позором. И сделаю все, чтобы исправить эту несправедливость.

Он потащил меня дальше. За другими дверями тоже были люди. Но пока живые. При виде нас они бросались на двери и начинали в них стучать, кричать что-то.

– Они недостойны жалости, – небрежно бросил Антон. – Это убийцы, насильники, маньяки… Самые злостные преступники со всего света. Твоих приятелей нужно кормить и развлекать, чтобы они раньше времени с катушек не слетели. Следующей ночь я выпущу одного из этих (он презрительно кивнул на камеру) наружу и позволю ребяткам снова поохотиться.

– Вика тоже стала вампиром? – поежилась я, вспомнив, сколько этой гадости она выпила в «Красном Быке».

– Еще нет, но обращение началось, – сумрачно заметил Антон. – И я очень сожалею, что втянул ее в это. Я тогда еще не знал, какая она замечательная. Думал о ней только как о сестре надменных братьев Рокотовых.

Он остановился у одной из дверей. В отличие от других камер, она была значительно шире, и здесь присутствовали какие-никакие удобства: кровать, письменный шкаф, стол, а на нем ноутбук. Сидящий к нам спиной человек показался мне знакомым.

– Дядя, – прошептала я потрясенная.

– Леонид Артурович, добрый день. А я к вам с вашей племянницей. 

И мы с Антоном вошли в распахнутую зомби-сопровождающим дверь.

Дядя Леня вскочил, бросился ко мне.

– Кристиночка, – прошептал он, горячо обнимая меня, – с тобой все в порядке?

Я кивнула, глотая слезы.