Магнат

 – Прям чародей какой-то. Одни его чары с управлением ветром чего стоят. Вон как сумел лихо дымовую завесу перед морским конвоем поставить.

– Ваша правда, Иван Тимофеевич, – склонил голову полковник контрразведки. – Если обнаружение английской эскадры и уничтожение береговой батареи ещё можно как-то списать на действия разведчиков-диверсантов в рядах врага, то фокусы с ветром никакой логики не поддаются.

– Вы заметили, господа офицеры, как чёртов казак ходит по палубе, когда с кем-либо ведёт увлечённую беседу? – решил поделиться наблюдением капитан.

– Всегда крадётся бесшумно, как дикий кот на мягких лапках, – кивнул Беляев. – Видно, научился у японских ночных убийц к врагу подкрадываться. Вот и вошло в привычку.

– Нет, господа, обычно казак старательно топает каблуками, – отрицательно покачал пальцем внимательный капитан. – И, лишь только когда теряет контроль над обычной походкой, отвлёкшись на беседу, начинает будто парить над палубой. Однажды я проследил с капитанского мостика за тем, как шаман вместе с Вито Лосано пересекли полосу мокрой палубы.

Цепочка следов от подошв испанца была видна, а сапоги святого батюшки отпечатков не оставили.

– И стул в кают-компании под шаманом не скрипит, – подтвердил давно примеченную странность контрразведчик. – Я, господа, куда мельче телом, чем наш рослый атлет, а без скрипа взгромоздить зад на расшатанную мебель не могу.

– Ну, значит казачий пастырь действительно святой, – улыбнувшись, развёл руками генерал. – И нечего к чудотворцу придираться.

Пользуйтесь благами, которые он дарит народу. Будем считать Алексея, как думает и вся его казачья паства, бескрылым архангелом, посланным Господом Богом на грешную землю. Ведь даже евреи признают его святым мессией.

– Хотя наш батюшка больше смахивает на восточного факира. – Кондрашов усмехнулся, покачал головой и поведал друзьям-офицерам ещё один занимательный случай на поднятую тему странностей Сына Ведьмы: – Вчера вечером захожу в каюту господина Ронина. Он сидит на полу, скрестив ноги, и медитирует с закрытыми глазами.

А перед ним лежит ворох тонкого каната, перепутанный в замысловатый клубок. Спрашиваю: «Чем, батюшка, занимаетесь». Отвечает: «Да вот, учусь морские узлы завязывать». Встал, отшвырнул ногой ворох каната в угол каюты и занялся со мной изучением азов шпионского ремесла. А когда я уже уходил, то случайно обратил внимание на отброшенный клубок канатов. И знаете, что заметил?

– Верёвки исчезли? – покрутил в воздухе пальцами капитан.