Подставная невеста для упрямого принца

Можно было не сомневаться, что людей в лагере никто не подговаривал – они сами захотели так показать уезжающему предводителю свою привязанность. И это трогало до глубины души.

Отодвинув занавеску, я взглянула на Баво. Он благодарно улыбался, подняв руку и на прощание помахав соратникам.

Мне показалось, или в уголке его глаза даже сверкнула слеза?

– Портал открыт! – закричал маг, силясь перекрыть грохот.

В воздухе над тем местом, где он рисовал символы, пошла рябь, как от упавшего в пруд камня. Когда она успокоилась, появились очертания совсем другого ландшафта.

Словно бы кто-то посреди степи установил дверь, но находилась за ней чужеземная пустыня. Вместо волн степных трав – сплошь серый песок, и лишь мощеная булыжником узкая дорога вьется впереди.

Люди принца въехали на нее первыми – удостовериться, что на той стороне нет опасности. Потом уже Ант подхлестнул лошадь, и экипаж тронулся. Как и в прошлые разы, я ничего не почувствовала в тот момент, когда в окнах резко сменился пейзаж.

Лишь не по себе стало от того, как резко наступила тишина и исчезли все запахи, если не считать те, что исходили от самой кареты и ее обивки.

Вокруг, сколько видел глаз, простирались серые песчаные дюны. Небо почти не отличалось от них цветом. Солнца не было, хотя свет лился яркий, как в летний полдень.

Я поежилась. Довольно унылая картина.

Ученые считали, что Колдовские пути построила некая давно исчезнувшая древняя раса. Она объединила несколько миров с помощью искусственно созданных троп, в которых замерло время.

Проходами обычно служили огромные каменные арки – порталы, которых в Греладе сохранилось от силы пара штук. И хотя уже два года желающие быстро пересечь континент могли сделать это из любого города, полностью обойтись без зачарованных камней пока еще было нельзя.

Последним в портал вошел маг, неся под мышками два крупных куба с вырезанными на них знаками. Так оно и выглядело – изобретение Церестина, который впервые опробовал его, чтобы помочь Баво освободить свою невесту из плена змеиного народа.

Только оказалось, что она в этот плен сбежала очень даже по собственной воле и теперь с удовольствием нянчила детишек, рожденных от поработителя – принца нагов…

Изображение степи с краешком лагеря поблекло и исчезло. Скоро за нами простирался такой же унылый вид, как и впереди, и по бокам.

Я задернула занавеску и взбила маленькую дорожную подушку. Пейзажи на Колдовских путях мало отличались друг от друга.