Лиса в аптечной лавке

А мой Ивар оговорил себя, — зло добавила Люция.

В следующий миг она, кажется, пожалела о своей откровенности, потому что добавила:

— Уже поздно, пора наслаждаться сном красоты. Иди домой, милая.

Какой сон, еще солнце не село! Впрочем, кажется, мне в любом случае сегодня будет не до сна.

— Да, конечно, — не стала спорить я. — Спасибо, что рассказали, тетя Люция.

— Не благодари, — покачала головой она. — Неведение — благо. Завтра я пошлю записку Ксандеру, наверняка он уже ищет тебя.

Я открыла рот, чтобы возмутиться, но она меня перебила:

— Долг жены — быть рядом с мужем и заботиться о нем.

Если ты будешь мудрой и понимающей, рано или поздно господь смягчит его сердце.

Да-да. А до того рак на горе свистнет и красный снег пойдет. Впрочем, кто его знает, что тут за снег…

— Прости, милая, за прямоту, но у тебя просто не хватит ума прожить одной. Взять хоть этот твой побег — разве можно придумать что-то глупее?

Как сказать…

— До свидания, тетя Люция. И спасибо за науку.

Вернувшись домой, я как следует вытряхнула, выполоскала и вывесила на задний двор проветриться несколько платьев и пару халатов — если я правильно определила эти роскошные по нашим меркам, с пышными юбками и отделанные оборками предметы одежды.

Вынула из комода несколько сорочек, кружевные панталоны и чулки. В отличие от одежды, белье выглядело ненадеванным и пахло свежестью — магия, не иначе. Но я все же вывесила и его — мне так было спокойней.

Вместо того чтобы залезть в ванну, снова заглянула в разгромленную аптеку: меня тянуло туда словно магнитом.

Что же все-таки произошло десять лет назад? И почему Ксандер…

«Нечистая совесть! — осенило вдруг меня. — Неужели это он был тем человеком, которого перед арестом проклял мой отец? Нет, вряд ли. Не стал бы он тогда на мне жениться».

Но раз пробравшись в голову, дурацкая мысль не отставала. В самом деле, все укладывалось в эту теорию. И его поспешное бегство, и нежелание Люции рассказывать подробности. Слишком молод был? Ну так по молодости и дурости можно много чего наворотить.

Может, потому на мне и женился, чтобы грехи замаливать. Вот только плоховато получается.

Что ж, еще одна причина держаться от него подальше. Вернувшись в прихожую, я задвинула засов на двери. Вот так. Заклинания, может, и пропустят, а дверь — нет. Снова глянула в сторону левого крыла дома.

Нет. Здесь до утра возиться придется. А мне еще надо перешить, отполоскать и развесить хоть один корсаж, чтобы была одежда на завтра.