Тайный узел

 – Не помнишь, у нас такая не проходит по ориентировкам?

– Вроде бы не встречал, – неуверенно отозвался второй, с густыми темными усами, делавшими его старше.

– Видно, ей не впервой с милицией общаться, – проговорил пеший. – Давай-ка мы ее в отделение… проводим. Там ей самое место будет. А там и разберемся, что за птица такая нам в силки попалась.

– Она наверняка из этих самых… – сказал конный напарнику. Картинно округлил глаза и криво ухмыльнулся: дескать, по долгу службы такая порода женщин ему хорошо знакома.

И как обращаться с ними – ему тоже хорошо известно.

* * *

В отделении милиции было тихо. Можно было с уверенностью сказать, что в помещении никого нет. Слева от входной двери в застекленной фанерной будке, напоминающей будочку частника-сапожника, сидел хмурый дежурный сержант с заспанным лицом, вконец расстроенный оттого, что злая планида уготовила ему участь дежурить в новогоднюю ночь, вместо того чтобы сытно подремывать в это время за праздничным столом или принимать в гостях последнюю стопку «на посошок».

И вот теперь он был вынужден сидеть в осточертевшей дежурке в холодном и пустом отделении милиции и считать часы до окончания дежурства.

Одно радовало: по приходе домой жинка Дуняша угостит его куском жареной курочки с печеной картошкой и поднесет стопарь-другой беленькой с наколотым на вилку соленым огурчиком в мелких пупырках. И он пусть и с запозданием, но встретит одна тысяча девятьсот сорок восьмой год как положено… Возможно, что наступивший год принесет ему удачу.

Сержант определил Печорскую в одну из пустующих камер, перед этим предварительно обыскав женщину. Чего-то запрещенного при ней не имелось. В карманах лишь позвякивала горсть мелочи.

– Ваше имя и место жительства, – спросил дежурный перед тем, как закрыть дверь в камеру.

Нина промолчала.

– Как вас зовут? – уже громче и сердито обратился к задержанной сержант. И не получил ответа. – Мне что, голос на вас нужно повышать?

Нина отвернулась.

– Ну как знаешь, – безразлично произнес сержант.

 – Проблем ищешь? Так ты их получишь.

Он запер камеру на два оборота ключа и, вернувшись на прежнее место, что-то записал в амбарную замусоленную книгу, лежащую перед ним на столе.

Утром в восемь часов и пятнадцать минут дверь камеры широко распахнулась.

– Выходите, – прозвучал из коридора мужской требовательный голос.

Печорская вышла и вопросительно уставилась на незнакомого черноволосого капитана милиции, открывшего дверь.

– Следуйте за мной.