Тайный узел

Да и пообносились люди изрядно за военную пору (гражданскую одежду на фабриках не шили, только гимнастерки да шинели), а купить новое было невозможно – не за что и негде. Некоторые горожане и вовсе походили на беженцев, потерявших при бомбежках свое имущество: весь в общем-то нехитрый цивильный гардероб за годы войны был давно обменян на продукты питания, а потому люди без стеснения ходили в латаном-перелатаном, а то и просто в лохмотьях. Последствия страшной войны сказывались на каждом шагу, и народ выживал кто как мог.

Нина особо долго не размышляла, кому отдать руку и сердце, и выскочила замуж за бывшего нэпмана, арендовавшего в Казани в тридцатые годы несколько торговых предприятий, а ныне владельца двух коммерческих магазинов и ресторанчика при одной из городских гостиниц. Ну а если в отношениях супругов присутствовало еще и чувство – кто же посмеет осудить такую пару? И за что? А потом – не до осуждений: каждый озабочен собственными нуждами, да и судьба тоже у каждого своя.

Конечно, сосед из квартиры напротив никаким боком не принадлежал к кругу Стрешнева, поэтому их общение ограничивалось короткими приветствиями при встречах на лестничной площадке да обменом парой ничего не значащих фраз.

Общение с Ниной сводилось к тому же: здоровались, иногда говорили о ничего не значащем – не более того. И вот теперь она стояла перед Геннадием Васильевичем и его гостем растерянная, в слезах, ничего не соображающая и молила у них о помощи. Надо было что-то предпринимать. Хотя что тут можно сделать?

– М-да-а… Что же это он так? – невесело протянул Сабиров.

 – Ситуация… И что же делается в таких случаях?

– Не было у меня таких случаев. Думаю, надо сообщить о происшедшем в милицию, – произнес Геннадий Васильевич и добавил: – Наверное… Кто бы мог подумать. Ведь недавно с ним разговаривал. Ничто не предвещало его смерть.

– И в «Скорую помощь» тоже нужно сообщить, – в свою очередь добавил Сабиров.

– А в «Скорую»-то зачем? – обескураженно посмотрел на него Стрешнев, после чего перевел взгляд на висящего на двери Печорского.

 – «Скорая помощь» ему уже ничем не поможет… – Значит, так, – с этими словами Геннадий Васильевич обратился к Нине, смотрящей немигающим взглядом в пустоту. – В вашей квартире пока вам делать нечего. Так что давайте лучше пойдемте-ка к нам. Хоть как-то успокоитесь. У нас вы сможете подождать милицию. А вы, Марат Ренатович, – обратился Стрешнев к своему заместителю, – побудьте пока тут до приезда милиции. Так, на всякий случай.