Отбор для лорда, или Медовница не желает замуж

А что? Места у нас спокойные, разбойники не водятся, можно и поспать, пока лошадь сама привезет тебя туда, куда надо.

Лошадь неспешно переступала по насыпи. Еще бы. Ее же никто не торопил. Зачем?

“Да быстрей уже топай, дохлая кляча”, — мысленно ругалась я, подгоняя лошадь и ее хозяина.

А ведь я тоже могла сейчас нестись на коне, а может, уже и добралась бы до города и спокойно спала в постели в каком-нибудь недорогом отеле. Но тогда шансы не быть пойманной у меня уменьшились бы в разы. И я пока не хотела, чтобы отец знал, куда я направилась.

Злость в моем сердце уже затихала, уступая место нерешительности. Надо было спешить. Я сглотнула подступивший комок, покачала головой и тихо вздохнула.

Что мне делать с моими сомнениями? Вернуться домой и выполнить веление отца: отправиться на отбор невест и выйти замуж за любого, кто обратит на меня внимание, при условии, что старый лорд выберет себе другую невесту?

Я видела однажды старого лорда. Это случилось три года назад. Отец в очередной раз взял меня на ярмарку в город.

Появление лорда на рыночной площади оказалось для всех приятной неожиданностью. Народ его любил.

“Да здравствует лорд! Славься Изамбард! Долгих лет семейству Вейнов!”

Крики приветствий и ликование толпы служили тому доказательством.

Может, как человек он и был хорошим, но я не видела его в роли своего мужа. Как представлю себе, что он станет меня целовать.

Бр-р-р!

А как подумаю, что муж жену не только целует.

Бр-р-р! Бр-р-р! Бр-р-р!

Вот с Дираном целоваться мне понравилось.

Хоть это и было всего один раз, но все же. Его теплые напористые губы щекотали и волновали меня. Сильные руки так сладко сжимали в объятиях. Я после нашего поцелуя смеялась, а он смущенно прятал глаза и извинялся. За что? Глупенький!

А мысли о замужестве с нелюбимым мужчиной меня пугали. Всегда.

Я сжала губы, глубоко вдохнула и выдохнула. Под моими ногтями в ночной тишине, кажется, слишком громко затрещала березовая кора.

Ну уж нет! Вот сейчас я твердо уверилась в правильности своего поступка.

Наконец-то лошадиный топот стал затихать. Я вновь вышла на дорогу и продолжила путь, прибавила шаг насколько это было возможно в моем положении.

Задумавшись, я не услышала приближение еще одного всадника. Он двигался в разы быстрее предыдущего. Цокот раздался совсем близко. Я кинулась прятаться в лес.

Среди белеющих стволов чернел проход, в него-то я и рванула.

В другое время я бы поостереглась, но страх и адреналин, кипевший в крови, толкнули меня в проем.