Трактир на Мясницкой

 – Скажите, свидетель, знаете ли вы, кто ударил шеф-повара Трофима Ивановича Максимова по голове накануне сегодняшних событий?

– Это тот итальянец с бородкой, – наконец выдавил из себя Сундуков.

– Какой итальянец? – почти ласково спросил Коробов, пытаясь сделать так, чтобы сам свидетель уточнил бы свои показания. Но тут не выдержал уже я:

– Тот, из жюри, который ушел сразу, как только Трофим Максимов повалился замертво, – пояснил я Володе, встряв в ведение допроса, хотя делать этого не следовало.

Поэтому Володя сурово на меня посмотрел и свел к переносице брови. Но я уже не мог остановиться и добавил: – Дрего Мора его зовут. Кстати, он тоже шеф-повар, и с убитым Максимовым они не раз могли пересекаться.

– Выясним, – коротко ответил Коробов и снова повернулся к Сундукову: – Итак, откуда вы знаете, что голову Максимову проломил итальянец Дрего Мора?

– Мне сказал это сам Максимов, – ответил повар.

– Когда сказал? – терпеливо продолжал допытываться Коробов.

– Сегодня. У него упал колпак, я и увидел рану у него на голове, вот и спросил, – неожиданно длинно ответил Сундуков, чем несказанно обрадовал моего друга. У Володи даже просветлело лицо, и он повеселел.

– А когда этот итальянец нанес ему рану и по какому случаю, он вам не сказал? – поинтересовался Коробов.

– Когда нанес – сказал, – ответил Сундуков, – а вот по какому случаю – не говорил.

– Ну, и когда итальянец ударил Максимова по голове? – лицо у Коробова снова потемнело.

– Вчера, – произнес Валерий Степанович.

– Больше покойный Максимов вам ничего не говорил? – снова спросил Володя.

– Говорил, – опять односложно ответил Сундуков и замолчал.

Молчание длилось минуту, не меньше. Коробов ждал, что повар еще что-нибудь добавит, а Валерий Степанович дожидался, очевидно, нового вопроса. Первым не выдержал Коробов. Глядя на Сундукова с язвительно-нежнейшей улыбкой, он мягко и вкрадчиво спросил:

– И что еще говорил вам Максимов?

– Он сказал, что еще устроит этому итальяшке, – ответил Валерий Степанович и вытер рукавом поварской куртки вспотевший лоб.

– Это все? – поинтересовался Володя на всякий случай, хотя было уже видно, что Сундуков больше ничего не знает про конфликт итальянца с Максимовым.

– Все, – выдохнул Валерий Степанович.

– Благодарю вас, – сказал Коробов.

– Я могу идти? – посмотрел на следователя по особо важным делам Сундуков.