Искра

Я совсем не помню, как уснула — просто закрыла глаза и провалилась в черноту. Не было ни снов, ни красок, я даже не шевельнулась ни разу и если бы не удары, от которых затряслась дверь, пролежала бы еще не один час.

— Этансель! Этансель!

— Да, — сипло ответила я, сев на кровати.

— С вами все в порядке? — спросил Райдер.

— Да. — Я закашляла, прочищая горло.

— Вы не больны?

— Нет, мистер Райдер, все хорошо.

— Тогда почему не отвечаете?

— Я спала. Извините, я не хотела заставлять вас волноваться. — Заученные слова и фразы пустой вежливости легко слетали с губ.

Оказывается, я еще помню, как это делается.

— Выходите ужинать, — уже спокойнее сказал… кто? Хозяин дома? Или просто новый хозяин?

— Я не голодна.

— Этансель, не дурите, — голос Райдера снова стал недовольным. — Вторые сутки без еды — вы решили уморить себя голодом?

О. Двое суток? Я глупо хихикнула, прикрыв рот ладонью. От двухдневного поста еще никто не умирал. В ушах звенит, и голова немного кружится, но это не страшно.

— Этансель, если вы не выйдете, я сломаю дверь и запихну чертов ужин вам в рот.

Вам все ясно? — сухо спросил Райдер, и сонливость моментально исчезла. Нельзя злить тех, кто сильнее.

— Да, мистер Райдер.

— Я жду.

Я торопливо, на ощупь, натянула оставленные в изножье кровати чулки, нижнюю юбку, сменила рубашку, расправила платье. Оставила чепец на подушке. Побрызгала на лицо водой, кое-как пригладила волосы и налегла на дверь, отодвигая засов.

Райдер стоял всего в двух шагах, прислонившись к стене. У его ног горел подсвечник.

— Добрый вечер…

— Добрый, — кивнул мужчина и, подняв светильник, зашагал впереди.

Ужин накрыли внизу, в — наверное — гостиной, перед камином, от которого шло замечательное тепло.

— Садитесь к огню, — отодвинул для меня стул Райдер. — Вы дрожите.

— Спасибо.

Опустив глаза и стараясь не коснуться затянутой в светлую замшевую перчатку руки на изогнутой спинке, я опустилась на сиденье и тихо выдохнула, когда Райдер отошел. Мужчина сел напротив, внимательно глядя на меня сквозь прорези маски.

Черная рубашка, черные брюки, черный бархат на лице — он был похож на демона, о которых я, тайком, читала в папиных книгах. Или на пирата, из тетушкиных.

— Сколько вам лет, Этансель?

— Семнадцать, сэр, — спрятала я ладони в складках платья.

— А на самом деле?

— Семнадцать.

— Выглядите моложе, — проворчал Райдер и налил в стоящий перед моей тарелкой бокал воду. Себе вино. — Ешьте, — указал он на отбивные и зеленые стручки фасоли.

Мясо было потрясающим.