Искра

— О-о…

— Не «ой»? — усмехнулся он, и я покраснела. — Искра, откуда у тебя шрам на боку?

Я осторожно отстранилась от его рук и, повернувшись, поцеловала. Кажется, у меня начинает получаться — по крайней мере, Александр стал похож на объевшегося сметаной кота.

— Продолжай.

Маг откинулся на спину, глядя на меня снизу вверх. Я коснулась губами его подбородка, щеки, запустила руку в волосы — гладкий шелк между пальцев — и зацепилась за кожаный шнурок маски.

— Можно?..

Александр молчал. Я помедлила и решительно распутала узел.

Левая щека мага была такой же обожженно-красной, как и предплечье. Мелкой чешуи не осталось, но вокруг глаза, на виске, вдоль носа глянцево чернели выпуклые бляшки. На ощупь они были ледяными.

Я проследила дорожку проклятия на мужском лице, на шее. Расстегнула рубашку, исследуя алые пятна очистившейся кожи и крупные, в треть ладони, кляксы закрепившихся метастаз.

— Вам больно?

— Нет. Уже нет.

— Кто вас так?.. — И сразу повинилась: — Извини…те.

Все равно он красивый.

Маг запахнул рубашку и, притянув меня к себе, устроил руку на моей груди. Положительно, эта часть тела ему покоя не дает!

— Ракшасы, — обвел он затвердевший сосок. — В прошлом году мы с Уилбером были на севере Хиндостана, после восстания [сипаев, около тридцати лет назад по книжному времени] там до сих пор неспокойно.

— Недовольные? — В Уайтчепеле часто случались погромы, однажды я даже видела, как разъяренная толпа напала на констеблей.

— Недовольными там занимается армия, а мы Старой кровью. В Хиндостане они на порядок сильнее, чем здесь, Договор не признают, уничтожают целые деревни, а джунгли — это невыжигаемая клоака! — Пальцы Александра больно сжали грудь, и я вскрикнула. — Прости, — очнулся маг, целуя красные следы. — Поклонник всего хиндостанского у нас Уилбер, я, признаться, после семи лет службы недолюбливаю эту страну.

В тот вечер джунгли отступили. Они иногда отходят вверх по течению Ганга — лианы, фикусы исчезают буквально за несколько часов, даже деревьев становится меньше.

Участок заблокировали, выставили посты — обычная практика. Уход джангалы почти всегда означает появление Старой крови, и когда кусты зашевелились, их буквально изреше… Неважно, — резко замолчал он, взглянув на меня. Улыбнулся. — Ночью с Уилбером связался генерал-лейтенант провинции. Местные крестьяне нашли в джангале что-то. Что-то, где они набили карманы золотом.