Искра

Камень едва заметно светился, мелкие искорки всплывали к его поверхности, разбегались по строгой квадратной огранке, а в глубине вращалась целая вселенная, какой ее изображают королевские астрономы.

— Он прекрасен!

— Если верить надписи в тронном зале того дворца, его сотворил Шива.

Меж пальцев Александра заблестела золотая цепочка. Маг повертел ее, приложил к камню. Воздух над его руками задрожал, как над раскаленной печью.

— Подходит к твоим глазам. — Алекс застегнул на моей шее получившееся украшение.

— Ни слова о «неправильно», — поцеловал он меня прежде, чем я успела что-то сказать.

Я смущенно улыбнулась.

— Все началось с этого камня. С него и голубого бриллианта, который сковырнул Шон. Мы ведь не собирались их брать, — потер висок Александр. — Уилбер еще посмеялся, что под восхвалением Шивы-создателя не хватает надписи «ловушка». Мы разделились и пошли вдоль стен зала, собирая со статуй сапфиры и аметисты.

*

Тихо пела раванатта. Скрежетал о мрамор кинжал.

Проникающие сквозь слуховые окна лучи разбивались о зеркальные вставки в колоннах, множились, прошивали тронный зал стрелами света, и в ярких солнечных древках кружились пылинки.

Вкрапления прозрачных аквамаринов походили на морские брызги. Камни блестели в стыках блоков, кругами — будто наотмашь плеснули из чаши — разбегались по стенам. От прикосновения к ним на пальцах остались белые кристаллы соли, а сквозь прилипчивый аромат лотоса отчетливо потянуло йодом и водорослями.

Густо-синий сапфир упал в притороченный к поясу, уже почти полный мешок из-под пороха. Алекс, нахмурившись, вытер руку о жилет, но запах валлийского побережья не исчез, наоборот, стал отчетливее: молодая хвоя и сосновая живица, торфяной дым, соль и тягучий вересковый мед, от которого першит в горле.

— Шон! — негромко позвал Александр. — Думаю, нам пора.

— Да… — пробормотал Уилбер, принюхиваясь к ладони.

От блеска аквамаринов заслезились глаза, закружилась голова.

…а к голосу раванатты добавилось звонкое журчание реки и шелест ветра в дубовой кроне.

…писк сойки — ее гнездо прямо за окном.

…стук трости деда по деревянному полу. Вой Одина…

— Шон, на выход!

Украшающие колонны зеркала сияли, будто в каждом из них поселилось солнце. Они перемигивались, вспыхивали, тухли, и от резкой смены света и тени мутило. Где-то рядом — или очень далеко? — выругался Уилбер.