Птичка для дракона. Улететь и спасти(сь)

Здесь не обошлось без кого-то из чёрных драконов — при всём уважении к альгу Фейенверис, — прибавил квизари, — однако найти преступницу и её сообщника не удалось.

Я сидел, не двигаясь. Ощущения были как от удара чем-то тупым и тяжёлым по голове. Мгновенно вспомнились все странности в поведении Дары и её господ, случай с Кроткой Библиотекой, поспешное бегство от королевы фей… Дара — нет, Феолике — знала, что её легко могут разоблачить, попадись она на глаза хоть кому-то, знакомому с семейством Ари.

Ари! Серые драконы, печально известные своей жестокостью, коварством и высокомерием.

Они могли мучить и убивать людей просто для забавы, и я воскресил в памяти историю покойной супруги Тэн-Грэйлека, Эллеке. В своё время её выгнали из академии именно за эксперименты над человеком. И это — мать девушки, которую я хотел сделать своей невестой!

Перед глазами встало кроткое, словно у небесной хранительницы, белое, как чистый фарфор, лицо Феолике. Её светящиеся, будто звёзды, серые глаза… Выходит, я обманулся в ней?!

— А что натворила эта Феолике? — послышался голос одной из молодых наставниц.

— Ещё в детстве она применила магию превращений в злых целях, — объяснил квизари из рода Каль. — Девчонку разоблачили и надели на неё браслеты — родовые артефакты Хеннет. Но, к сожалению, одного из слуг она всё-таки успела убить. Превратила в сухую веточку и наступила на неё так, что та хрустнула…

— Опасная негодяйка, — проворчал наставник Рильман из рода Ларк.

— Безусловно, опасная! — подчеркнул квизари.

— Если она и её сообщник объединятся с беглецами из Ирлигарда, то могут натворить много бед…

Я уже не слушал. Единственное, чего я сейчас хотел — это принять драконью форму, броситься к Феолике и вынудить её признаться во всём. Боль, ярость, разочарование — одним демонам известно, чего во мне было больше! На время я словно выпал из реальности, а очнулся, услышав обеспокоенный голос Кэрхильд:

— Вильгерн! С вами всё хорошо? — Она дотронулась до моей руки, и я пришёл в себя.

Усилием воли изобразил спокойствие, гадая, не заподозрила ли чего-нибудь моя соседка. Да и фамильяр её пристально смотрел на меня.

— Всё отлично, — солгал я, не терпевший лжи. — Я вспомнил про то, сколько зла натворил род Ари, сколько всего им сходило с рук в прежние времена. Подумал, был ли среди них хоть один дракон или драконесса, которого можно было бы назвать «достойным» по праву…

Простое и открытое лицо Кэрхильд омрачилось.