Девятая надежда

Глава 5

Лекарь поприветствовал присутствующих и занял место между Астарией и лордом Растисом. Ему явно было неуютно, но он старался не подавать виду, будто чувствует себя за столом лишним. Держался прямо. Говорил твердо. И только напряженные скулы выдавали его беспокойство, а морщинка между бровей – озадаченность. Я на миг встретилась с ним взглядом, но поспешила опустить взор, а принц непринужденным тоном распорядился:

– Теперь можно подавать завтрак.

Слуги зашевелились. Начали вносить разные яства, и, почуяв запах еды, Тень у моих ног взволнованно заворчала.

– Тень тоже покормите, – добавил Рензел. – Здесь.

– Слушаюсь, – поклонился Арвел и что-то шепнул служанке, которая мигом упорхнула и позже вернулась с двумя мисками. В одной лежали два внушительных куска мяса, а во второй была вода.

Но Тень не позволила женщине к ней приблизиться. Зарычала, полностью оправдывая свою неприязнь к людям, и Арвелу пришлось самому поставить перед ней миски. Против дворецкого собака не стала возражать и тут же довольно зачавкала у меня за спиной.

А остальные слуги быстро заполнили стол господ едой: запеченный творог на сладком корже и в ягодном сиропе, отварные прямо без скорлупы яйца, вафли с медом, оладьи со сметаной, каши с фруктами, шоколадные кексы, компот, чай, – и многое другое, что только могла пожелать зажиточная душа.

И каждое блюдо было таким ароматным и соблазнительным, что в пору слюнкам истечь, но из-за напряженной обстановки я совсем не чувствовала аппетита.

Поэтому выбрала самые близкие к себе блюда: яйцо и оладьи с чаем. Ну и постаралась не бросать частых взглядов на Арона.

Совсем недавно принц не хотел даже близко его видеть, а теперь сам позвал на завтрак. Что это? Долг за исцеление Златы или причина в чем-то другом? А королева… Только Арон появился – ее глаза заблестели от навернувшихся слез. Однако Астария быстро совладала с эмоциями. Напустила на себя выражение полного спокойствия, но стоило ей снова украдкой глянуть на лекаря, как ее губы подрагивали, а руки взволнованно перебирали салфетку.

Если я и королева были поражены и смущены появлением Арона, то герцог Хастор посмотрел на него лишь раз и без особого интереса, будто тот ничем не отличался от обычных слуг, и принялся за творог в сиропе. А король не стал скрывать своей заинтересованности. Поедая яичницу, он долго и пристально следил за Ароном, который ограничился только чашкой чая.