Хризантема с шипами

— Разве дело это, благородной леди по зеленным лавкам ходить?

— Кажется, мы уже договорились, что все благородные леди остались в Вердофе? — я усмехнулась и посмотрела на покрасневшую служанку. — Здесь я никакая не леди, а обычная небогатая горожанка. И не должна выделяться среди остальных.

Я с сомнением посмотрела на изящное зеленое платье и вздохнула. Никуда не годится. Слишком нарядное.

— Что вы делаете, госпожа? — воскликнула Мэри, глядя, как я отпарываю лишние оборки. — Оно ведь такое красивое!

— Привожу его в подобающий вид.

Ну вот, другое дело, — оглядев результат своих трудов, заявила служанке. — Помоги мне переодеться.

Вскоре я уже сменила дорожный костюм на платье, и мы с Мэри вышли из дома.

***

Улица встретила нас вечерней прохладой, яркие живые изгороди весело зеленели пышной листвой, а ветер доносил тонкий аромат роз, цветущих в саду особняка напротив. Я бросила осторожный взгляд на двухэтажный белый дом. Выглядел он нежилым. Окна смотрели на улицу темными провалами, дорожка заросла травой, на газоне с чахлыми гвоздиками вовсю хозяйничали сорняки.

— Здесь так тихо, — удивленно сказала Мэри, оглядываясь по сторонам. — Ни магомобилей, ни прохожих. И никакой суеты.

— В провинции жизнь спокойнее, чем в столице, — вздохнула в ответ и направилась к площади, намереваясь зайти в пару лавок, которые заметила, пока мы ехали к дому.

Служанка поспешила за мной.

— Госпожа Эйден, а мы надолго тут останемся? — спросила она, разглядывая обшарпанный фасад старинной церкви.

Скорее всего, храм построили в двенадцатом или начале тринадцатого века. Об этом говорили характерные строгие линии и отсутствие вычурных архитектурных украшений, пришедших из соседней Ривии после Великой войны.

— Думаю, надолго, — ответила служанке, продолжая рассматривать окружающие площадь строения.

Почта, отделение банка, библиотека, адвокатская контора, похоронное бюро, здание мэрии — похоже, здесь расположились главные общественные здания Кранчестера. Ага, а вот и вывеска булочной.

Золотистый калач, раскачивающийся рядом со светящейся витриной, недвусмысленно приглашал войти внутрь и отведать свежую выпечку.

— Нам сюда, — кивнула служанке и толкнула низкую дверь.

Стоило войти, как мы оказались в уютном, пропахшем сдобой помещении. За прилавком стояла маленькая щупленькая старушка и улыбалась мне так, будто мы с ней давно и хорошо знакомы.

— Светлого вечера, ари. Чем могу служить? — ласково спросила она.