Токсичная кровь

– Я не любитель сметаны, – сказал Петр Петрович. – Да и майонеза тоже. Жирные все это продукты. А вот молоко полуторапроцентной жирности – его я люблю. Такое, знаете, в картонных литровых коробках. И сохраняется оно намного дольше пакетного, которое скисает на второй день… На ночь всегда стакан такого молока выпиваю. Или кефира обезжиренного.

– А где покупаете? – поинтересовался я.

– В «Пятерочке» обычно. Она прямо напротив моей службы находится. Удобно очень. – Он замолчал, а потом будто что-то хотел сказать, да раздумал.

– Вы что-то хотели добавить?

– Да-а… Но-о… Кое-какие соображения… Не знаю, может, это неважно…

– Говорите! В случае с этими отравлениями важна любая мелочь.

– Ну, хорошо, – не очень решительно заговорил Петр Петрович. – Вечером я заезжал к одной… к одному моему знакомому… по работе. И когда возвращался от него, то по дороге купил любимого нежирного молока.

– Где купили? – быстро спросил я.

– В магазине «Изобилие» на Измайловском бульваре.

– А-а, так, значит, ваша… ваш знакомый по работе живет в Изма-а-айлове.

– Да, – ответил Зеленов, глядя поверх моей головы. – Он живет как раз на Измайловском бульваре.

– И вы купленное в магазине «Изобилие» на Измайловском бульваре полуторапроцентной жирности молоко не преминули употребить, по заведенной вами привычке, вечером девятого августа, перед сном. Я правильно вас понимаю?

– Так, – убито, будто его только что изобличили в измене Родине, произнес Петр Петрович.

– После чего вас жидко-жидко понесло, так? – спросил я, уже предполагая конкретный ответ.

– Еще как понесло… Прорвало просто! Из туалета, простите, полночи не выходил, пока жена «Скорую помощь» не вызвала.

Я хотел было заметить, что это кара за измену супруге «со знакомой, простите, знакомым по работе», но промолчал. Какое мое дело, кто кому изменяет? Я ведь не служу в полиции нравов. И не расследую дела супружеских измен, являясь частным детективом.

И все же – не мое это дело, судить людей…

А вот с этим магазином продовольственных товаров под названием «Изобилие» – вопрос весьма интересный. Кстати, надо вернуться в первую палату… Там старик Храмов девятого августа в обед молоко пил, а на ужин пил ряженку. После чего его и скрутило.