Дело в чемодане

Увы, удача не была на нашей стороне. Последующие события отвлекли нас от расследования и переключили на себя все внимание. На пороге управы появился расстроенный Курт Дегу и направился к нам с Ромасом.

- Светлого дня, господа. Сегодня ночью граф скончался. Примите мои соболезнования, – с горечью проговорил мужчина.

- Как? – я не сдержала громкого восклицания, глядя на растерявшегося Ромаса.

- Случился очередной удар. К сожалению, лекарь ничего не смог сделать. Вы поедете со мной в дом графа? – осторожно уточнил мужчина.

– Необходимо все подготовить и распорядиться насчет завтрашней церемонии.

- Да, конечно, – я подергала за рукав стоявшего истуканом сыскаря. – Ромас, мы поедем же?

Мужчина, встрепенувшись, кивнул.

- Поедем. Сейчас только предупрежу Сарена.

Спустя несколько минут мы уже выходили из управы и устроились в привезшем господина Дегу экипаже. Небо было затянуто темными тучами, хлесткие порывы ветра заставили плотнее запахнуть плащи. Только Ромас сидел с отрешенным видом и смотрел в окно рассеянным взглядом.

Мне так хотелось взять его за руку, показывая свою поддержку, но я не знала, как отреагирует мужчина на подобный жест, поэтому сдержала собственный порыв. Вскоре мы прибыли на место и вошли в дом. Может это лишь игра наполнившегося переживаниями воображения, но казалось сам дом потускнел. Когда мы поднялись наверх, в спальне графа все еще находился лекарь.

- Светлого дня, господа. Очень жаль видеть вас вновь при таких трагичных обстоятельствах, – покачал головой мужчина.

– Если вас это утешит, смерть наступила мгновенно. Все соответствующие бумаги я подписал, можете сразу готовиться к церемонии. Всего доброго.

- Спасибо, – механически ответил сыскарь, не обращая внимания на уход лекаря.

Мы вместе подошли к постели, на которой лежал граф. Лицо его было безмятежно, глаза закрыты. Не похоже, чтобы мужчина страдал. Я все-таки легонько коснулась ладони сыскаря, как бы спрашивая все ли в порядке. Ромас не ответил, вместо этого крепко обхватив мою ладонь своей.

И хоть захват был довольно сильным, я не позволила себе издать и звука. Нарушил звенящую тишину подошедший к нам Курт.

- Будут какие-то особые распоряжения насчет церемонии?

- Что? А почему распоряжаться должны мы? – вынырнул из собственных мыслей Ромас.

- Не сочтите за вольность, но вы единственный родной графу человек. Я думаю, ему хотелось бы, чтобы именно вы провели церемонию, – осторожно ответил Курт.

- Я не знал графа, в отличие от вас.