В погоне за драконом, или счастье прилагается

И от молчания лорда, и от неудобной позы, когда его руки, заведённые за спину, держали два крепких боевика, парню становилось всё больше не по себе. Даже не так, он отчаянно трусил, боясь лорда Больдермета. Время от времени поглядывая на своих стражей, Прейтор надеялся увидеть в их взглядах толику сочувствия, но каждый раз натыкался на равнодушие.

Охранники, верные душой и телом своему господину, оставались безразличны к чувствам парня. Они никогда не задавались вопросами: зачем, почему и прочее, беспрекословно подчиняясь лорду.

Если им прикажут, они убьют парня. Скажут отпустить — проводят до дверей особняка. От понимания этих простых истин и что его жизнь сейчас висит на волоске, Прейтору становилось ещё страшнее.

— Лорд Больдермет, я очень рад вас видеть, но почему я здесь? — дрожащий голос больше походил на блеяние козы, чем на его собственный, но как ни хорохорился парень и ни старался говорить уверенно, у него не получалось, как и держаться с достоинством.

— Ты посмел меня обмануть? — проскрежетал лорд, его ладонь на подлокотнике чуть сместилась, а Прейтор еле сглотнул, представив, как эти руки сжимаются на его шее.

— Решил консумировать брак сам? — этим голосом можно было заморозить, и парень почувствовал холод смерти.

— Нет, нет… Что вы, ваше Сиятельство… — Прейтор попытался доползти до ног хозяина особняка, чтобы разрешить все недоразумения, но его крепко удерживали на месте.

Немного потрепыхавшись в руках охранников, он заюлил.

— Я ни при чём.

Для меня самого стало неожиданностью, что она сбежит. Честно! Я всё сделал, как вы велели! Я даже купил портальный переход на другой материк, чтобы никогда не попадаться вам на глаза, как вы велели, но там очередь, и мне пришлось ждать… А так у меня даже в уме не было предавать вас или не дай боги переходить вам дорогу. Может, ей ещё кто-нибудь помогал? Отцы, братья, мать?.. — словесный поток был прерван.

— Молчать! — рявкнул лорд Больдермет, в его взгляде промелькнула брезгливость.

Этого мгновения Прейтору хватило, чтобы понять всю тщетность оправданий. Он был готов целовать сапоги этого страшного человека, лишь бы вымолить себе жизнь, но из горла вырывались лишь какие-то жалкие всхлипы:

— Пощадите!..

Он даже не заметил, когда на его шее сомкнулся магический ошейник должника, а его самого потащили из кабинета. Прейтора вели на выход из особняка, и он уже воспрял духом, начиная верить, что его оплошность была прощена.