Гадалка - 2. Игра в прятки

Свободная рука Себастьяна в этот момент скользнула по внутренней стороне моих бедер вверх, без особого труда разжав плотно сомкнутые колени, и меня кинуло в крупную дрожь. Можно сколько угодно убеждать себя, что на самом деле находишься в полной безопасности, но ведь я все равно обречена все прочувствовать на собственной шкуре, так сказать. И чем тогда это будет отличаться от самого обычного изнасилования?

— То есть? — В светлых глазах Себастьян промелькнул интерес, и он чуть ослабил свою хватку. — Подвеска могла сработать только в одном случае — если бы ты заснула.

— Получается, что не только. — Я завозилась под Себастьяном, пытаясь выбраться, но он легко пресек мою попытку освободиться, однако, хвала всем богам, больше никаких действий предпринимать не стал, ожидая моих объяснений. И я затараторила: — Седрик решил провести ритуал некромантии. Ну, как тогда в моем доме, когда расследовал убийство Флавия. Он подумал, что это будет самым легким способом узнать про события десятилетней давности. Мол, кто лучше всего расскажет о трагедии, как не сама Аделина?

— Ритуал некромантии? — переспросил Себастьян, и по его лицу пробежала легкая тень непонятного испуга.

Он кашлянул и сухо поинтересовался: — Полагаю, на улице в это время стоял туман. Так?

— Да. — Я кивнула.

В тот же миг Себастьян отпустил меня. Откатился в сторону, и я мгновенно вскочила на ноги. В глазах все опасно потемнело от столь резкого маневра, но я не обратила на это внимания. Испуганным кроликом метнулась к двери, намереваясь бежать куда подальше.

Хватит с меня! Пожалуй, я теперь в жизни не останусь наедине с Себастьяном. И эту проклятую подвеску выкину, чтобы он меня и во сне не достал.

— Дверь заперта, — обронил Себастьян, пока я сражалась с нею, пытаясь выбраться наружу. — И ключ у меня.

После чего с явным намеком похлопал по карману своих брюк.

Я обреченно застонала и неохотно обернулась к своему мучителю. Ну что он ко мне пристал? Ни за что не поверю, что он не может найти себе женщину, согласную выполнять любые его прихоти.

Почему привязался именно ко мне? Или ему нравится надо мной издеваться?

— Не ершись, Беатрикс, — миролюбиво протянул Себастьян. — Не трону я тебя, не бойся.

— Ага, как же, поверю я вам, — хмуро протянула я, настороженно наблюдая за каждым его движением. — А что тогда было до этого? Или вы на каждую женщину так набрасываетесь?

Себастьян промолчал, лишь негромко хихикнул от моего законного возмущения. Я насупилась пуще прежнего.