Гадалка - 2. Игра в прятки

Даже пошевелила бровями, пытаясь изобразить усердную умственную работу, но почти сразу обреченно махнула рукой. Нет, бесполезно. Пока рано о чем-либо судить.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем неуютнее мне становилось. Он выглядел таким нелепым в своем величии здесь, что казался перенесенным из другого места. Словно время было не властно над ним. Однако я подмечала все новые и новые детали, свидетельствующие о постепенном упадке фамильного гнезда рода Криас.

Стены, некогда бывшие белоснежными, потемнели от постоянных дождей.

Стекла сохранились в целости лишь на втором этаже, на первом окна были заколочены досками, между которыми зияла черная пустота. Сквозь каменные ступени крыльца пробивалась трава.

— Печальное зрелище, — неожиданно подал голос Кайл. — Как неумолимо время!

— Да уж, — прошептала Дейла, думая о чем-то своем. Понурившись, она то и дело растирала себе лоб, словно силясь припомнить что-то.

— Скажите, а что случилось с отцом Аделины после ее гибели? — окликнула я Джайсона, вспомнив, что хотела спросить это у Айи еще вчера, но забыла.

Мой голос показался слишком громким в звенящей тишине ненастного дня. Он эхом отразился от стен дома и вернулся к нам многократно усиленным. И мне стало не по себе. На миг показалось, будто я увидела какую-то тень в окне мезонина. Словно кто-то наблюдал за нами. Но стоило мне только моргнуть, как наваждение растаяло.

— Тише! — невольно попросил Джайсон, с каким-то испугом оглядевшись по сторонам, будто нас кто-то мог подслушать на этой бескрайней равнине болот.

Затем опомнился, виновато кашлянул и негромко ответил: — Вопреки всем традициям, Аделину похоронили в тот же день, когда она погибла. Печальная ирония судьбы — гости, приглашенные на свадебное торжество, в итоге стали свидетелями жуткой трагедии. Впрочем, на погребальный обряд почти никто не остался. Все поспешили разъехаться, потрясенные жестокой насмешкой богов. А нейн Самуэль сразу же после происшествия навсегда покинул эти края. Он был вдовцом, дочь оставалась единственной радостью в его жизни. В последний раз его видели вечером подле фамильного склепа. На следующее утро окна в доме оказались заколоченными, а сам он исчез.

— И никто не знает, что случилось с Самуэлем потом? — поинтересовался на этот раз Седрик, задрав голову и внимательно глядя на окна второго этажа. Неужели тоже увидел в них тень какого-то существа?

— Говорят, он уехал из Итаррии. — Джайсон пожал плечами. — Вроде бы, подался в Ольгестию, но в этом я совершенно не уверен.