Гадалка - 2. Игра в прятки

Сама подумай: быстрее закончим с этим делом — быстрее вернемся в Арилью.

— Да-да, конечно, — рассеянно проговорила я, думая совсем о другом. Подняла голову и в упор уставилась в холодные глаза Седрика, силясь угадать, о чем он думает на самом деле.

Увы, для этого надо было обладать проницательностью Себастьяна ил и же талантом телепата. На лице моего жениха была написана лишь легкая обеспокоенность и забота. Правда, на дне зрачков тлело еще какое-то чувство, но я так и не сумела разгадать, какое именно.

Ну что же, по всей видимости, моя участь была предрешена.

И я набрала полную грудь воздуха, словно перед прыжком в ледяную воду, после чего резко развернулась и посмотрела на злополучный туалетный столик.

Сначала мне показалось, что ничего не произошло. В пыльном зеркале отразилась лишь я и смутная тень Седрика рядом. Но затем я поняла свою ошибку. Мужчина, стоявший рядом со мной в отражении, был заметно выше моего жениха.

Я удивленно моргнула, надеясь, что наваждение развеется. На какой-то миг показалось, будто я увидела Себастьяна — совсем юного, удивительно симпатичного… Но как такое возможно?

А через секунду на меня навалилось непонятное оцепенение.

В ушах зазвенело от внезапной тишины. Подвеска на шее дернулась, наливаясь тяжестью, и комнату заволокло туманом, который, впрочем, вскоре сгинул.

Нет, я не потеряла сознания. Я по-прежнему твердо стояла на ногах, хотя чувствовала себя до крайности странно. Мне было слишком тесно в моей одежде, слишком душно и…

«И я вообще нахожусь не в своем теле», — мрачно заключила я, бросив взгляд в зеркало.

В отражении я увидела уже знакомую мне черноволосую красавицу Аделину, которая лениво поправляла прическу. Синего цвета домашнее платье выгодно подчеркивало нежную белизну ее кожи и бледность собеседника девушки, который выглядел, если честно, весьма нелепо. Черный бархатный камзол подчеркивал его неестественную худобу, светлые волосы были так туго зачесаны назад, что и без того острые скулы грозились порвать кожу.

Себастьян, наверное, и сам осознавал, насколько смешон сейчас, поскольку с силой вцепился в рукоять шпаги, прикрепленной к перевязи. Но это лишь усиливало общий эффект комичности, так как его оружие из-за обилия драгоценных камней на рукояти больше напоминало игрушечное, чем настоящее боевое. Присовокупите к этому лихорадочный румянец на щеках несчастного, темные круги под глазами, говорящие о бессонной ночи, а то и не одной, — и получите портрет Себастьяна.