Задача третья: судиться!

Слушай, а как тут подцепить жениха?

— Никак, Ленка, в том-то и проблема. Либо он сам тебя выберет, либо никак.

— Знаешь, я, пожалуй, у тебя подольше погощу. Мало ли, может, меня выберет вон тот красавчик. Посмотри, как на нём сидят джинсы. Честное слово, с таким телом просто преступление ходить одетым.

— Ну так иди и потанцуй с ним, — подпихнула я подругу.

— Ага, конечно, где я и где он, — тряхнула кудряшками Лена.

— Иди-иди, пусть он принюхается как следует, — рассмеялась я.

— В смысле «принюхается»? Ты же сама запретила духами пользоваться!

— Просто поверь на слово и иди.

— Лей, я не могу.

— Хорошо, тогда сейчас я пойду и приглашу его от твоего имени, — пригрозила я.

Однако пока мы препирались, на примеченного Леной красавчика нацелилась другая. Девица в вызывающе алом платье сделала вид, что поправляет ремешок на туфлях с тонкой шпилькой, а затем грациозно свалилась красавчику прямо в руки. Смущенно извинилась, и танцевать её увёл он сам.

— Поздно. Нет, ты это видела? Надо брать мастер-класс.

Если бы я решила сделать что-то подобное, то точно промахнулась бы и выбила зубы о ближайший столик, — Ленка понуро опустила руки.

— Откуда столько неуверенности в себе, а?

— Лейла, мне через месяц тридцать два. Я женщина за тридцать, у которой кроме работы, ипотеки и череды неудачных свиданий из Тиндера ничего нет. Даже если представить, что я встречу кого-то вот прямо сегодня, то раньше тридцати пяти, скорее всего, не рожу. А это уже возраст риска! А ведь я хотела несколько детей! Начинаю всерьёз рассматривать бабушкино предложение сходить погулять с внуком её подруги.

Ему сорок, живёт с мамой, работает за копейки, но не лысый и не запойный. Поэтому думаю. Года через три, глядишь, отчаюсь и созрею.

— Да ладно тебе, Лен, ты же всегда с юмором к этому относилась. Тем более что сейчас рожают и в сорок, и в сорок пять.

— Я не хочу рожать в сорок пять! Хочу семью. Сейчас.

— Но ведь не абы с кем.

— Можно подумать, есть из кого выбрать.

Знаешь, как прошло моё последнее свидание? Парень, тридцать два года, без вредных привычек, нормальный с виду. Мы поболтали, а потом он начал расспрашивать меня про работу и жильё. И в таких подробностях! А в конце счёт пододвинул и сказал, что если я хочу увидеть его ещё раз, то мне нужно заплатить и за него тоже. Типа это такая проверка на мою эмансипированность. И дело не в тысяче рублей, просто так мерзко стало. Ладно, за себя платить — это понятно.