Задача третья: судиться!

— Того самого, настойчивого? А ну, выкладывай всё как на духу!

Я и выложила. Естественно, без подробностей, в общих чертах.

— Вот такие у меня новости. А вы как сами? Я вчера заезжала, но дома вас не застала.

— Дак я хорошо, что мне будет-то? — нарочито просторечно заговорила Ольга Петровна. Она всегда так делала, когда была в хорошем настроении. — Помирать пока не собираюсь, коли ты про это. А вчерась на рынок ездила, куда ж ещё-то. Ох, рада я за тебя, Лейка, но ты ухо востро держи! Как себя поставишь, так дальше оно и покатится.

Любовь глаза застилает, но так ты всегда разумом была сильна, вот и сейчас думать головой не забывай. Плохого в свою сторону не терпи. Ишь, ревнивец выискался, перевоспитывай. А с другой стороны, хороший мужик, основательный, с домом. Это тоже важно, не голытьбу же плодить. Рада я за тебя, Лейка.

— Спасибо, Ольга Петровна. Я приеду обязательно и вас познакомлю, но пока не знаю, когда. Очень тут места глухие, самой никуда не добраться.

— Ты лучше пока не приходи, я что-то приболела малясь.

И его ко мне не води, нечего ему старухами своими докучать. Ладно… такую девку, как ты, уму-разуму учить — только портить. Но ты уж поаккуратнее там, егоза. В глухих-то местах. Мало ли, какие там волки водятся, — и последнюю фразу так серьёзно она сказала, что у меня на секунду аж дыхание перехватило.

— Да что вы, какие волки, — я попыталась вернуть лёгкость разговору. — Кроме того, с такой защитой, как Артур, мне ничего не грозит.

— А вот это хорошо, Лейка, это хорошо.

Вдруг в телефоне что-то громко бахнуло и заскрежетало.

— Ольга Петровна?

— Ох, Лейла, похоже, доигрались мы с Юнонкой! — а затем её тон и сам голос изменились, стали властными, уверенными, всё старческое добродушие как ветром сдуло. — Слушай меня. Сюда больше никогда не звони и не приезжай, для всех я тебя знать не знаю. В глаза буду смотреть и сделаю вид, что первый раз вижу! Без оборотня своего чтобы ни шагу, поняла меня? И уж поверь старой ведьме, не всё так просто, как кажется! Всё, прощай, егоза моя любимая.

На этом связь оборвалась. Я ошалело замерла с телефоном в руке.

Это что такое сейчас было?!

Мысленно повторяя в голове слова Ольги Петровны, я так и стояла, замерев столбом посередине комнаты, пока не пришёл Артур.

— Лейла, что случилось? — встревоженно спросил он.

— Я не знаю, Артур, — я по привычке схватилась за свой кулон на цепочке и начала его теребить. — Я разговаривала с Ольгой Петровной, это моя воспитательница и первая учительница.